У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Перекресток миров

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Перекресток миров » Академия пана Кляксы » О выразительности и яркости текста.


О выразительности и яркости текста.

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Тут прозвучало в комментариях: "хочется научиться писать так же выразительно и ярко".
Я попробую поделиться своим опытом и проанализировать, как у меня это получается (когда получается).
   Пример: 
"…Казак отпустил его локоть и, чётко развернувшись, вышел, придерживая саблю."
И вот, как написала бы это я сама лет, этак, тридцать пять назад:
"Казак держал Кричевского за локоть, как арестованного, хотя в обычной ситуации даже прикоснуться к нему не имел права. Когда они зашли в кабинет, казак отпустил его, что означало - они пришли на место назначения, и развернувшись, как по команде "кругом", чётко, вышел придерживая левой рукой саблю, как и положено по уставу для полицейских, что говорило о том, что он хорошо вымуштрован и дисциплина в этом полицейском участке на высоте."
ОК, я показала, как много я знаю про полицейских 19 века и подробно разжевала читателю всё, что я хотела ему рассказать. В результате - громоздко, неудобочитаемо, есть повторы слов (казак, полицейский). И, главное - оно мне надо? Так подробно расписывать проходной момент отвлекая внимание от основного: момента, когда Кричевский (и читатель вместе с ним) впервые увидит полковника?
А что мне надо в этой фразе?
Надо выразить две вещи:
1) Кричевского привели, он пришёл не по своей воле.
2) Здесь царит дисциплина. Поскольку о дисциплине речь будет идти дальше, ненужно на этом останавливаться подробно, достаточно дать ощущение. А ощущение, ассоциативно присутствует в слове "чётко", оно само по себе выразительно и по смыслу и по звуку. Значит "чётко" надо сохранить при любых условиях, а остальное - СОКРАЩАЕМ!!!!

В результате должно было звучать так: "…Казак отпустил его локоть и, чётко развернувшись, вышел."
НО! В таком варианте фраза получается короткой, рубленой, а это создаёт напряжение, которое здесь мне пока не нужно. Короткие фразы хороши для экшена. Поэтому я оставляю фразе такой хвостик, шлейф для мягкости и округлости (законченности). И это уже тема РИТМА, о которой надо говорить отдельно. (Для меня ритм - священная корова).
  "…Казак отпустил его локоть и, чётко развернувшись, вышел, придерживая саблю."
  А теперь посмотрите в самом тексте, как эта фраза читается. Она проходная, читатель прочёл и забыл, увлечённый следующей картиной. Но, как говорится; забыл то забыл, а осадок остался.
Вывод:
Чтобы художественный текст был выразительным, нужно много иметь чего сказать, много знать, но выражать это не просто кратко, а сверхкратко.
Не помню кто сказал из великих: "Чтобы мыслям было тесно, а словам - просторно".

Упражнение.
1) Найдите фанфик (чужой), который вам нравится по теме, сюжету, но не нравится, как он написан. Или, просто, фанфик который НЕ нравится.
2) Скопируйте его в отдельный файл на свой комп.
3) Попытайтесь его сократить, оставляя только самое важное. Возможно, Вам придётся крепко подумать, а что там вообще важно. Придется проанализировать содержание. Возможно, от трёх страниц текста, у вас останется одна фраза. Это хорошо.
4) Никому не показывайте результат своей работы. (Иначе, это будет уже не упражнение, а хвастовство своим превосходством, а самоупоение убивает талант😬)
5) Теперь, Вам будет гораздо проще проделать такую "операцию по липоксации" со своим текстом. Проверяйте себя вопросом: не просто какую информацию я хочу дать читателю в этом предложении, а ещё - какие ощущения, ассоциации я хочу вызвать.
Это - долго. Поэтому, для начала проработайте хотя бы один абзац. Возможно, войдёте во вкус.
Небольшими примерами из удачно проделанной редакторской работы (только над своим текстом, не над чужим) можно поделиться здесь. (Показывайте два варианта: как было - плохо, и как стало - хорошо).
До встречи🤗.

Отредактировано Muxmix (26.09.2017 19:15)

+1

2

Захотелось Вас расцеловать) Спасибо. Очень сложно. Для начинающего автора)) потому, что жалко сокращать свое творение))) Так много хотелось сказать... Разжевать... А то вдруг, кто не поймет. А тут сокращать нужно. Печаль))))) Но попробовать стоит)

0

3

Селена Цукерман написал(а):

Очень сложно. Для начинающего автора)) потому, что жалко сокращать свое творение

Поэтому то я и предлагаю начинать с чужого-плохого, которое не жалко.
Представьте, Вы - доктор Милц в прозекторской тренируетесь на трупах. Чтобы потом уже на живом (своём) делать операции с ювелирной точностью.

0

4

Непременно попробую. Сначала на чужом) но это ведь не нужно показывать... Потом на своем. Обещаю выложить здесь.

0

5

Приведённый Muxmix пример свидетельствует ещё и о том, что для яркой образности повествования автору следует видеть свой текст не столько как ткань, сколько как айсберг. Подводная значительная часть отсекается во время редактуры и не видна читателю, но это ни в коем случае не значит, что её нет. Она есть!
Об этом же эффекте говорил знаменитый режиссёр Альфред Хичкок. Вот цитата из очень интересной книги Франсуа Трюффо "Хичкок":

"В фильмах, как и в пьесах, лишь диалог выражает мысли персонажей, но мы-то хорошо знаем, что в жизни все обстоит иначе, в частности в сфере социальной жизни, которая связана со встречами лиц, недостаточно близких друг другу, во время коктейлей, светских раутов, семейных советов и т.д.
Оказавшись в качестве наблюдателя на подобной встрече, мы понимаем, что слова здесь мало значат, они лишь дань этикету и главное происходит помимо них — в мыслях приглашенных, мыслях, о которых мы можем судить по взглядам.
Предположим, меня пригласили на прием, и я как такой наблюдатель изучаю господина У, рассказывающего трем собеседникам о том, как он со своей женой провел отпуск в Шотландии. Внимательно следя за выражением его лица и направлением его взглядов, я обнаруживаю, что на самом деле его больше всего интересуют ножки мадам X. Теперь я подхожу к мадам X. Она говорит о трудностях, с которыми сталкиваются в школе ее двое детей, но ее холодный взгляд часто обращается к изящному силуэту юной мадемуазель Z.
Итак, сущность сцены, свидетелем которой я был, содержится не в диалоге, выдержанном в светских тонах и являющемся данью чистому этикету, но в мыслях персонажей:
а) во влечении господина У к мадам X;
б) ревность мадам X по отношению к мадемуазель Z.
От Голливуда до Чинечитта никто, кроме Хичкока, сегодня не в состоянии передать человеческую реальность этой сцены так, как я ее описал. А между тем на протяжении сорока лет творчества в каждый из своих фильмов он включает подобные сцены, основанные на принципе разрыва между изображением и диалогом, позволяющем одновременно снимать первую (очевидную) и вторую (тайную) ситуации, добиваясь чисто визуального драматического эффекта".

Чему литератор может поучиться у Хичкока, у этого гения изобразительности? Такой подаче материала, когда герои в диалоге говорят одно, а их действия в словах автора сообщают о другом, о подлинном. Автору не нужно выдавать читателю всё подлинное, но самому нужно знать о герое всё. Тогда и редактировать будет интересно, как бы приоткрывать читателю лишь часть правды.

+1

6

О, как же мы Вам рады, Старый дипломат! С возвращением!!! Спасибо за Хичкока, но что бы это осуществить, нужно уже многое уметь. Пока это заоблачные дали)) Зато есть, к чему стремиться.

0

7

"Автору не нужно выдавать читателю всё подлинное, но самому нужно знать о герое всё. Тогда и редактировать будет интересно,   как бы приоткрывать читателю лишь часть правды."

Подтверждаю! Мне записывать то что придумала - скучно, а редактировать - обожаю!

0

8

Итак, давайте попробуем, вот кусочек текста:
Он  все никак не мог вынырнуть. Где-то в груди возникло леденящее чувство животного страха, желания бороться за свою жизнь. Сердце зашлось, начало останавливаться. Жуткая боль, одновременно немеют руки и ноги. Ужас. Холод. Выжить-выжить-выжить, стучит в висках. Он чувствует, что тонет… Оглядывается  вокруг, везде только черная холодная пустота. «Некому меня спасти». Жутко. Страшно, что не хватает сил, темнеет в глазах, голова не думает, все совершается на уровне рефлексов. Не дышать больше невозможно. Организм сам делает рефлекторный вдох… Сотни ледяных иголок разрывают легкие. Он  проваливается в никуда. И нет этому конца…
Андреев проснулся от собственного хриплого крика, воздуха катастрофически не хватало и он судорожно делал вдох за вдохом. Набрав полную грудь воздуха, он смог, наконец, выдохнуть.  Маша была рядом, она, обняв его за плечи, пыталась усадить и звала по имени. Он увидел ее испуганные глаза, почувствовал теплые нежные руки, услышал голос, полный отчаяния. Попытался улыбнуться ей, ободряюще, но не смог. Снова колотила крупная дрожь, и он был весь в холодном липком поту. Но зато не было больше звенящей черной ледяной пустоты. И смертельного ужаса. А вместо этого его любимая и такая до сердечной боли родная Маша сидела на постели на коленях, наклонившись над ним и заглядывала ему прямо в глаза:
- Кошмар?
Глупо, бесполезно было отрицать очевидное. Бессилие, безысходность и раздражение это было то, что он чувствовал сейчас. От того, что он не мог ничего сделать с этим, ничем не мог помочь и никак не мог это прекратить. От того, что  мироздание заставило его пережить этот леденящий душу ужас и такой страшный конец, от того, что любимая женщина стала невольной свидетельницей его кошмара. От того, что все это происходит с ним вообще, от того, что теперь вновь поднимется такая болезненная для них тема, а он так старался любым способом этого избежать. Но пережитый ужас был так силен, что даже радражаться и злиться, сил не было. Маша обняла его, прижалась сильнее, стараясь своим телом согреть, унять его дрожь, успокаивала, шепча что-то нежно, гладила лицо, плечи, руки. И от этого становилось еще более невыносимо тоскливо. Как? Как ему оградить её от этого кошмара? Как сделать так, что бы только он один был к этому причастен? Озноб не проходил. Казалось, что руки и ноги сковал ледяной холод. Он был весь мокрый и липкий, и от этого сам себе противен. И совершенно без сил. Словно эта приснившаяся смерть забрала и его жизненную мощь. Сделав над собой усилие, Андреев попытался встать. Маша тут же кинулась помогать. Это почему-то разозлило еще больше. Наверное, оттого, что она всё равно так или иначе участвовала в том, от чего он так настойчиво пытался ее уберечь. А он совершенно ничего не мог с этим поделать. В этот раз, кажется все намного серьезнее, чем раньше. А значит и отдача будет больше. Что же делать? Он чувствовал, что если сейчас позволит ей помогать, то подвергнет ее опасности. Ужас не отступал, он накатывал новой мощной волной. Андреев мягко отстранил жену:
  - Не трогай меня, Маша, прошу тебя. Мне от этого только хуже. Мне нужно побыть одному.

Здесь сократила, как могла))):
Он  все никак не мог вынырнуть. Где-то в груди возникло леденящее чувство страха, желания бороться за жизнь. Сердце зашлось, начало останавливаться. Жуткая боль, одновременно немеют руки и ноги. Ужас. Холод. Выжить-выжить-выжить, стучит в висках. Он чувствует, что тонет… Оглядывается  вокруг, везде только черная пустота. Жутко. Страшно, что не хватает сил, темнеет в глазах, голова не думает, остались рефлексы. Не дышать невозможно. Организм сам делает рефлекторный вдох… Сотни ледяных иголок разрывают легкие. Он  проваливается в никуда. И нет этому конца...
Андреев проснулся от собственного крика, воздуха не хватало и он судорожно делал вдох за вдохом. Набрав полную грудь, он смог, наконец, выдохнуть.  Маша была рядом, обняв его за плечи, пыталась усадить и звала по имени. Он увидел испуганные глаза, почувствовал теплые нежные руки, услышал голос, полный отчаяния. Попытался улыбнуться ей, ободряюще, но не смог. Колотила крупная дрожь, он был весь в холодном липком поту. Но зато не было больше звенящей ледяной пустоты. И смертельного ужаса. А вместо этого его любимая и такая родная Маша сидела на постели на коленях, и заглядывала ему прямо в глаза:
- Кошмар?
Глупо, бесполезно было отрицать очевидное. Бессилие, безысходность, раздражение - то, что он чувствовал. От того, что не мог ничего сделать с этим, ничем не мог помочь и никак не мог прекратить. От того, что  мироздание заставило его пережить этот ужас и такой страшный конец, от того, что любимая женщина стала свидетельницей его кошмара. От того, что все это происходит с ним вообще, от того, теперь вновь поднимется болезненная тема, а он так старался любым способом этого избежать. Но пережитый ужас был так силен, что даже раздражаться сил не было. Маша обняла его, прижалась сильнее, стараясь своим телом согреть, унять его дрожь, успокаивала, шепча что-то нежно, гладила лицо, плечи, руки. И от этого становилось еще тоскливее. Как ему оградить её, как сделать, что бы он один был к этому причастен? Озноб не проходил. Казалось, руки и ноги сковал холод. Он был мокрый и липкий, и от этого сам себе противен. Совершенно без сил. Словно эта приснившаяся смерть забрала его жизненную мощь. Сделав усилие, Андреев попытался встать. Маша тут же кинулась помогать. Это почему-то разозлило. Наверное, оттого, что она всё равно участвует в том, от чего он так настойчиво пытался её уберечь. Он чувствовал, что если сейчас позволит ей помогать, то подвергнет опасности. Ужас не отступал, он накатывал новой мощной волной. Андреев мягко отстранил жену:
  - Не трогай меня, Маша. Мне от этого только хуже. Мне нужно побыть одному.

+1

9

Селена, я очень долго не отвечала, т.к. была в растерянности. Я чувствую, что этот отрывок для Вас важен. А мне он не понравился, и я не знала как его исправить. В таких случаях лучше ничего не говорить. Сейчас, по зрелом размышлении осмелюсь сказать кое-что.
Я не увидела принципиальной разницы в двух отрывках, и там и там текст вязкий, мысль и образы в нём "тонут". Такое же ощущение возникло у моей дочки случайно посмотревшей через моё плечо: "Слишком много буков". А я ей доверяю, она – лингвист.
Сейчас сравнивая, я вижу, оно лучше стало. Например вдруг поразило: "не было больше звенящей ледяной пустоты". Вы убрали слово "чёрный", и образ оказался ярким и точным. Смерть – это болезненный, режущий холод. Жизнь ассоциируется с теплом. Для меня "чёрный“ всё-таки больше тёплый, в отличие от "тьмы".
Я так понимаю, тема отрывка – человек сталкивается со смертью, возвращается к жизни, и его первая реакция – досада на свою беспомощность и страх за любимую. Каким-то образом то что ему угрожает заденет и её. Тема серьёзная, сложная, значит – интересная.
У Вас три абзаца:
1) Герой испытывает приступ, ему физически очень плохо. В таком состоянии человек не может думать связно, он вообще не думает, только ощущает. Передать это можно самой примитивной речью, назывными предложениями, восклицаниями, что-то почти бессмысленное, спонтанное. Вот это "Выжить, выжить, выжить..." очень хорошо, а умные слова типа "организм", "рефлекторно" – неуместны. Ищите синонимы.
У меня есть правило: я стараюсь не допускать двух одинаковых слов на одной странице. Буквально. За исключением имён собственных, союзов и некоторых глаголов. И случаев, когда это необходимо по смыслу. Не всегда получается, может это фанатизм, но одинаковые слова мне режут глаз. Когда я редактирую, у меня всегда висит вкладка словаря синонимов.
словарь-синонимов.рф. – по моему этот самый лучший. (Прямая ссылка не работает. Скопируйте название в поисковик) Либо синоним даёт новый оттенок смыслу, либо я переделываю предложение так чтоб этого слова там не было, либо просто оказывается, что я об этом уже говорила или скажу дальше, и предложение вовсе не нужно.
Просмотрите текст сами с таким прицелом, может обнаружите новые возможности?
У Вас во всех трёх абзацах повторяется "липкий пот", это нужно? Может быть, это как навязчивое ощущение героя, тогда стоит это подчеркнуть, пояснить: " и особенно этот липкий пот вызывал отвращение к самому себе". Но я бы просто  оставила только в одном месте.
2) Герой возвращается к реальности, заново переживает то, что только что с ним произошло. Это уже другое состояние, и лексика должна быть другая. Мне кажется, второй абзац должен быть контрастным по отношению к первому.
Когда человек напряжён (испуган, в гневе, в азарте и т. д.) он думает кратко, когда расслабляется, его мысли как бы начинают растекаться. Поэтому ко второму абзацу вцелом претензий нет, кроме одной явной "избыточности": "заглядывала ему прямо в глаза", а как можно заглядывать в глаза не прямо, искоса? Искоса просто смотрят.
3) третий абзац самый сложный по содержанию. Герой приходит в сознание полностью, но вместо облегчения испытывает тревогу за женщину и страх перед следующим этапом приступа, и раздражение от того что жена этого не понимает. Вроде всё понятно, но в чём-то фальшиво. Не знаю, в чём дело. Может быть, слишком часто повторяется, "сила", "без сил", "бессилие". Может быть слово"мощь" чужеродно здесь.
Вот это в конце: "Ужас не отступал, он накатывал новой мощной волной. Андрей мягко отстранил жену". Одно с другим не вяжется, он в ужасе, но отстраняет "мягко" то есть, спокойно. Точнее будет, "предчувствуя надвигающийся ужас".
Если Вы забираетесь в такие тонкости сложных чувств, исполнение должно быть действительно ювелирным. Я вот на такое пока не решаюсь.
Только не принимайте всю эту критику слишком всерьёз. Это просто мнение ещё одного читателя. Я не оракул и даже не литературовед. Я вообще по живописи специалист. И у меня возникли серьёзные сомнения о пользе вот такой детальной критики. Почему? Об этом как-нибудь в следующий раз.
И, словами классика: "Не оставляйте стараний, маэстро, не убирайте ладони со лба".   ^^

Отредактировано Muxmix (28.11.2017 04:16)

+1


Вы здесь » Перекресток миров » Академия пана Кляксы » О выразительности и яркости текста.