Перекресток миров

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Перекресток миров » Шерлок Холмс и дамы - исследование в мире канона » 13. ЛЕДИ ЕВА БРЭКУЭЛЛ И ЛЕДИ ИКС. ГОРНИЧНАЯ АГАТА.


13. ЛЕДИ ЕВА БРЭКУЭЛЛ И ЛЕДИ ИКС. ГОРНИЧНАЯ АГАТА.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://forumfiles.ru/files/0012/57/91/19816.png
ЛЕДИ ЕВА БРЭКУЭЛЛ И ЛЕДИ ИКС. ГОРНИЧНАЯ АГАТА.
РАССКАЗ «КОНЕЦ ЧАРЛЬЗА ОГАСТЕСА МИЛВЕРТОНА»
http://forumfiles.ru/files/0012/57/91/42904.png
     
В заголовок название рассказа не поместился, потому указываю его здесь - «КОНЕЦ ЧАРЛЬЗА ОГАСТЕСА МИЛВЕРТОНА».

Рассказ, в ходе которого Борец с преступностью сам оказался в роли Благородного Разбойника. И, разумеется, из-за дамы.

Холмс и Уотсон возвращаются домой, где ждет карточка некоего Милвертона. Этот же тип должен вот-вот прийти. Сыщик отзывается о нем с редкостным омерзением:

«Это король всех шантажистов. Да поможет небо мужчине, а еще больше женщине, чье доброе имя окажется во власти Милвертона. Завладев их тайной, он будет их жать и жать с улыбающейся физиономией и каменным сердцем, пока не выжмет досуха».

Обратите внимание — Холмс понимает, что женщине особенно трудно тягаться с Милвертоном. Репутация леди более хрупка, ее утрата может сломать всю жизнь, а средств для борьбы мало. Далее, говоря о письмах, которыми шантажирует своих жертв Милвертон, Холмс гневно признает:

«Он получает этот товар не только от лакеев и горничных, не гнушающихся предать, но часто и от благородных мерзавцев, которые добились доверия и расположения женщин».

Кстати, ни слова о вероломных кокотках, которые таким же образом могли бы выудить письма у неопытных юношей. Либо таковых нет, что весьма сомнительно. Либо они не вызывают у сыщика такого гнева, как предатели-мужчины.
Опять же, странно для мизогиниста.

На этот раз мы не увидим клиентку Холмса, а только услышим о ней.

«— Одна знатная клиентка поручила мне свое печальное дело. Это леди Ева Брэкуэл, самая красивая из девушек, начавших выезжать в прошлый сезон. Ее свадьба с герцогом Доверкором назначена через две недели. У этого исчадия имеется несколько неосторожных писем — всего только неосторожных, Уотсон, — которые были написаны ею одному бедному сквайру. Этих писем достаточно, чтобы помешать свадьбе».

Холмс уже обрисовал перед другом жуткий облик Милвертона. Вряд ли хоть кто-то способен не встать на сторону его жертв. Но, рассказывая о леди Еве, детектив подчеркивает еще раз, что письма — всего лишь неосторожные, что девушка ни в чем аморальном, по сути, не виновата. Но законы света жестоки, а характер жениха крут. И Холмс явно очень жалеет Еву Брэкуэл и помочь старается от души, как близкому человеку.

Является сам Милвертон, требует огромные деньги. Сыщик убеждает негодяя, что это невозможно, у девушки столько нет. На более скромную сумму шантажист не соглашается.

Холмс пытается блефовать:

«Я знаю содержание писем. И моя клиентка поступит, конечно, так, как я ей посоветую. А я ей посоветую, чтобы она все рассказала своему будущему мужу и положилась на его великодушие.
Милвертон рассмеялся.
— Вы, очевидно, не знаете герцога, — сказал он.
Увидев расстроенное лицо Холмса, я понял, что он знает герцога.
— В письмах нет ничего дурного, — сказал он».

Увы, прав Милвертон. Холмс понимает, что полагаться на великодушие герцога нельзя, и готов на самые крайние меры.

Другой вопрос — зачем вообще леди Еве настолько строгий и неумолимый жених? Но придется оставить эту тему в стороне. Значит, сильно надо. Либо ей, либо, скорее всего, родственникам.

И — еще один показатель глубокого сочувствия, настоящей человеческой жалости Шерлока Холмса к девушке:

«У несчастной леди нет денег, а среди ее родных нет ни одного человека, которому она могла бы довериться. Завтра последний день, и, если мы не добудем писем сегодня ночью, этот негодяй сдержит свое слово и погубит ее. Поэтому я должен или все предоставить судьбе, или сделать этот последний ход».

Вот ведь ужас-то. Есть семья, наверняка есть друзья, но леди Ева вынуждена просить о помощи незнакомого человека.

Спойлеры

Шерлок Холмс, дошедший до края — это страшно. Потому что теперь сам, с полным осознанием своих действий, решает преступить закон. Он идет грабить Чарльза Милвертона.

Правда, этому предшествует не самый красивый поступок с горничной шантажиста, Агатой. Под именем лудильщика Эскота сыщик сводит с ней знакомство и даже обручается, чтобы выведать как можно больше о доме Милвертона. Но — тут же подчеркивает, и для его совести, думаю, это важно:

«…— Ничего не поделаешь, милый Уотсон. На очень уж крупную дичь охота. Но я с удовольствием могу сообщить вам, что у меня есть соперник, который тут же займет мое место, как только я покажу спину».

Собственно, в 19 веке принимать в расчет чувства горничной вообще не принято, другие бы на возмущение Уотсона отреагировали в духе:

— Да это же служанка, что ей сделается?!

Но сыщик негодование друга понимает, раз произносит оправдание. Все-таки даже Агата для него — живой человек, хотя и приходится действовать столь неприятным образом.

Итак, ради неосторожной девушки, которая когда-то в порыве тех самых нежных чувств написала письма, Шерлок Холмс рискует всем. Именем, честью, даже — жизнью.

«Но истинный джентльмен не должен думать о риске, когда женщина так отчаянно нуждается в его помощи».

И — никакого негатива по отношению к причине этой свистопляски, к своей клиентке. Ни малейшего осуждения, ни слова о женской непредусмотрительности, романтичности, сентиментальности и так далее. Только жалось, понимание и твердое решение помочь.

Уотсон заявляет, что идет вместе с другом. Холмс — против, но вынужден согласиться. Благородные Разбойники ночью отправляются на дело.

Сначала все идет по плану, друзья успешно проникают в особняк и проходят в кабинет Милвертона. Холмс вскрывает сейф, начинает перебирать содержимое… И слышит шум в коридоре. Едва друзья скрываются за оконной портьерой, как в кабинет входит хозяин.

И вот, спустя несколько минут, на сцене появляется еще одна дама. Ее имя в рассказе не названо, и я буду именовать ее леди Икс.

«В середине комнаты, освещенная электрическим светом, стояла высокая, стройная женщина в темном капюшоне, стянутом у подбородка, с лицом, скрытым вуалью. Женщина быстро и прерывисто дышала, и вся ее гибкая фигура дрожала от сильного волнения».

Милвертон обращается к ней, считая горничной, которая принесла компромат на очередную жертву. Но это вовсе не служанка.

«Я увидел красивую брюнетку с правильными, тонкими чертами, нос с изящной горбинкой, густые черные брови над горящими ненавистью глазами и тонкие губы, изогнутые зловещей улыбкой».

Леди Икс не так давно сама попала в сети Милвертона. Не смогла заплатить, умоляла его на коленях. Но шантажист послал письма ее мужу, и супруг дамы умер.

Милвертон хорохорится, грубит леди Икс, но видно, что он испуган. А гостья делает то, зачем пришла.

« … Женщина не двинулась с места, держа руку под плащом и все так же зловеще улыбаясь.
— Вам больше не удастся погубить ничью жизнь, как вы погубили мою. Вы больше не будете терзать сердца, как истерзали мое. Я спасу мир от ядовитой гадины. Получай, собака!
В ее руке блеснул маленький пистолет. Один выстрел, другой, третий…»

Уотсон признается, что сам готов был броситься на помощь. Но его удержал Холмс:

«Я понял, что означает его твердое рукопожатие. Это не наше дело, правосудие наконец настигло мерзавца, у нас свои обязанности и своя цель, которую мы не должны терять из виду. Только что женщина исчезла, как Холмс быстрыми, неслышными шагами подошел к внутренней двери и повернул ключ в замке».

Сыщик признает за леди Икс право вершить правосудие, мстить и за себя, и за мужа. Без ужаса, негодования или осуждения с его стороны.

Пока слуги пытаются открыть дверь, Холмс хладнокровно опустошает сейф и сжигает письма. После чего они с Уотсоном успевают скрыться.

Хотя в доме и саду Милвертона осталось много следов, тайна убийства так и не была раскрыта. Леди Ева в безопасности, а леди Икс…

Сыщик размышляет все утро и наконец, что-то вспоминает. Он тащит Уотсона на улицу, к витрине, где выставлены фотопортреты известных людей:

«Глаза Холмса устремились на одну из них, и, следуя за его взглядом, я увидел портрет гордой красавицы в придворном платье и с высокой бриллиантовой диадемой на благородной голове. Я посмотрел на тонко очерченный нос, на густые брови, на прямой рот и сильный маленький подбородок. У меня остановилось дыхание, когда я прочел прославленное веками имя великого сановника и государственного деятеля, чьей женой она была. Мои глаза встретились с глазами Холмса. Мы отошли от окна, и он приложил палец к губам».

В рассказе нам представлены два типажа — несчастная жертва и жесткая мстительница. Одну Холмс защищает, второй помогает избежать правосудия.

Леди Ева попадает в беду из-за неосторожности. Первая любовь, излишне откровенные письма… Ожидаемо, что женоненавистник осудит подобные глупости, объединит всех женщин под каким-нибудь уничижительным эпитетом. Но нет, весь гнев сыщика достается Милвертону. Чтобы спасти счастье леди Евы, Холмс идет на страшный риск, сам становясь преступником в глазах закона. Потому что к нему обратилась девушка, и ей действительно нужна помощь.

На его глазах другая дама совершает убийство. Обдуманно и жестоко. Холмс не только не вмешивается. Не только заметает за ней следы, уничтожая присланное ею письмо. Он не произносит ни слова осуждения. И, убеждена, даже в мыслях его не ужасает поступок леди Икс. Решительной, храброй, суровой. У витрины, где Холмс раскрывает другу ее инкогнито, чувствуется некое восхищение поступком этой дамы.

Женоненавистник скорее заметил бы, какие ужасные создания, эти женщины. Сперва грешат, не имеют ума, чтобы свои грехи надежно скрыть, подвергаются шантажу, становятся причиной смерти несчастных мужей… А потом еще берут на себя роль карающего меча, совершая преступление.

Ничего подобного Холмс не говорит и явно не думает. Он сочувствует леди Еве и целиком поддерживает леди Икс.

Холмс не чувствует своей правоты, действуя через горничную. Он оправдывается, убеждает себя и друга, что сердце девушки не будет разбито. Ведь есть счастливый соперник, который займет место «лудильщика Эскота».

Заметки на полях. Экранизации, фанфики и мое ИМХО.

У меня серия «Король шантажа» из фильма Масленникова — одна из любимейших. Особенно, в связке с последующими эпизодами –«Смертельной схваткой» и «Охотой на тигра». Но и сама по себе она хороша.

Сюжет весьма изящно сплели с темой противостояния Холмса и Мориарти. Шантажист Милвертон — один из шайки, поставщик средств. Письмо-шифровка из кабинета негодяя помогает сыщику выйти на организацию. Но это, так сказать, побочный эффект, и ввязывается в это дело Холмс-Ливанов именно из-за леди Евы.

Как и в каноне, саму девушку мы не увидим, только фото. Даже Холмс лично с клиенткой не беседует. Просьбу леди передает знаменитому брату Майкрофт.

В конце серии, когда Благородные Налетчики приходят в себя у камина, добавлена фраза Холмса, не из рассказа:

« — Главное, что леди Ева — в безопасности!»

И пусть мы были в полушаге от разоблачения, и могли отправиться «делить одну камеру». Но девушка спасена.

Шикарный момент с беседой об Агате. Искреннее возмущение и обида Ватсона-Соломина, вплоть до хлопанья дверями.

« — Зайти так далеко!
— Мы только прогуливали собаку и беседовали…»

(И все любители личной жизни для Холмса дружно и разочарованно вздохнули:)

Но особенно удалась леди Икс, которую в нашем фильме зовут леди Хаксли. Она почти целиком соответствует описанию из рассказа. И по внешности, и по манере поведения. Решительная, жесткая, сделавшая выбор и ничуть в нем не раскаивающаяся. Она именно произносит приговор Милвертону, и — не дрогнувшей рукой приводит в исполнение.

Холмс и доктор не смотрят на ее фото — они отправляются к даме с визитом. Ибо с места преступления она забрала важное письмо. Леди делает вид, что не понимает, о чем речь, но письмо посылает на Бейкер-стрит.

И Холмс восхищенно подытоживает свое мнение о леди Хаксли:

« — Леди! Леди во всем».

Гранадовский сериал вниманием этот рассказ не обошел. Серия называется тоже «Король шантажа». Никаких привязок к Мориарти нет. Но — «разрабатывать» Милвертона Холмс начал гораздо раньше, чем к нему обратилась леди Ева. В роли рабочего он уже вовсю приударяет за Агатой, правда, почему-то не может изобразить поцелуй.

Леди Ева, кстати, очень мила, типаж не выбивается из эпохи, и сама актриса хорошо играет. На глазах девушки рушится счастье одной из подруг — Милвертон присылает ей любовные письма жениха, адресованные… Эх, даже не актрисе. Актеру. А спустя пару дней сама леди Ева оказывается под угрозой разоблачения.

Мстительницу сделали крестной леди Евы. Леди Икс совершенно не похожа на героиню рассказа. Уже немолодая, худая, светловолосая… А главное — иной характер. Кажется, что она ворвалась в кабинет чуть ли не в истерике, стреляет трясущимися руками, всхлипывает.

Нет, у сэра Артура и в нашей экранизации гораздо лучше.

Ну, а Холмс-Бретт отстранен от всех троих женщин, даже от Агаты, с которой в обнимку падает на пол оранжереи. Но целовать не хочет, нет.

« — Поцелуй меня?
— Как?»

Гм. Без комментариев.

Фанфики пока пригрели только одну героиню этой истории, причем самую незнатную. Горничную Агату.

На фикбуке есть такая работа:
https://ficbook.net/readfic/1521229

Агата узнает, кем был на самом деле Эскот. Оскорбленная и обиженная этим открытием, она пишет Холмсу обвинительное письмо. История драматичная и сильная. Правда, я бы сказала, что она больше гармонирует именно с гранадовским сериалом, а не каноном Конан-Дойля.

Слышала я еще об одном фанфике, где сам Холмс в процессе общения с Агатой проникается к ней искренними чувствами. Но — сильны сословные границы в викторианской Англии, и даже герой-сыщик не в силах их преодолеть. Очень бы хотела почитать, но даже названия не знаю этой истории.

Что касается леди Евы и леди Икс… Мне было бы интересно, как сам Холмс, на месте жениха/мужа, воспринял грехи своей любимой из прошлого? В отличие от герцога, думаю, простил бы. Но — сразу или нет? И — как бы это выглядело:

1. — Вы виновны, но я люблю вас, и прощаю.
2. – То что было — не имеет значения, вы ни в чем не виноваты передо мной

Буду рада услышать ваше мнение в комментариях.

Да, я уже поднимала тему пейринга Холмс/Преступница. В случае леди Икс, думаю, такое могло быть. Подобную месть, забравшую жизнь гнусного негодяя, сыщик бы понял и принял.
     
http://forumfiles.ru/files/0012/57/91/42904.png
   
Следующая глава       Содержание

+3

2

У меня тоже эта история стала одной из любимых благодаря экранизации Игоря Масленникова. В ней больше, чем во всём остальном сериале, мягкого юмора. Чего стоят лица, с которыми Благородные Разбойники вываливаются из-за занавески после ухода леди Хаксли! А белые тапки Ватсона? Изумительная серия!
А ещё мне было по-настоящему страшно за героев. Они здесь вышли очень уязвимыми и человечными. Холмс впервые смутился, Ватсон на него раскричался и застыдил. А ещё они оба выглядят здесь удивительно красивыми. Не знаю, нарочно так вышло или нет. На мой взгляд, это благородство их так красит.
Что до основной посылки текста, то для меня она безусловна. Холмс - не мизогинист. И это в очередной раз доказано блестящим анализом.

+3

3

Мария_Валерьевна написал(а):

Что касается леди Евы и леди Икс… Мне было бы интересно, как сам Холмс, на месте жениха/мужа, воспринял грехи своей любимой из прошлого? В отличие от герцога, думаю, простил бы. Но — сразу или нет? И — как бы это выглядело:
1. — Вы виновны, но я люблю вас, и прощаю.
2. – То что было — не имеет значения, вы ни в чем не виноваты передо мной
Буду рада услышать ваше мнение в комментариях.

По моему мнению, тут все будет зависеть от тяжести грехов. Думаю, есть что-то, через что не сможет переступить даже Холмс и даже из-за великой любви.
Что же касается компрометирующих писем, из двадцать первого века невероятно сложно оценить, насколько велика была тяжесть такого "проступка" в викторианскую эпоху. Голосую за второй вариант. От первого так и несёт ханжеством, а это не про Холмса. Гениальный Сыщик достаточно человечен - и достаточно хорошо знает жизнь, чтобы отнестись спокойно к таким вещам, как письма, написанные когда-то и кому-то.
К тому же он - простой джентри. У него нет "фамильного древа, по которому не должен лазать кто попало". Нам это сейчас кажется предельно снобским, а ведь понятие родовой чести в головы всех этих лордов и герцогов вбивались с детства и намертво, часто калеча и уродуя так, что никакой пресловутой Детской Травме из соседнего треда и не снилось. Жених леди Евы тоже не волен распоряжаться собой; узнав о "неосторожных письмах" он просто обязан поступать так как диктует мораль людей его круга.
Холмс в этом плане гораздо более свободен.

+4

4

SOlga написал(а):

К тому же он - простой джентри. У него нет "фамильного древа, по которому не должен лазать кто попало". Нам это сейчас кажется предельно снобским, а ведь понятие родовой чести в головы всех этих лордов и герцогов вбивались с детства и намертво, часто калеча и уродуя так, что никакой пресловутой Детской Травме из соседнего треда и не снилось. Жених леди Евы тоже не волен распоряжаться собой; узнав о "неосторожных письмах" он просто обязан поступать так как диктует мораль людей его круга.

Безусловно, родовитость имеет значение. Но трепетное отношение к невинности супруги (во всех смыслах) пропитывало все слои населения самых разных стран практически до второй половины 20 века. Случалось, особенно в крестьянской среде, к этому относились проще. Ну, понесла до свадьбы, зато точно знаем - не бесплодна! Но и тут - рассказ Ги де Мопассана "Отец Симона". Деревенская девушка - незамужняя мать мальчика. И кузнец, которого случай сводит с ее сынишкой. И даже ему, простому человеку, без всяких фамильных гербов, трудно сразу преодолеть предубеждение перед единожды оступившейся женщиной, которая ему нравится... "Тэсс из рода Д`Эрбервиллей" Гарди... Ух, как разобиделся честный-добрый жених, который тоже невысоко летал по родовитости, что оказывается, у супруги было прошлое! Любовник  и ребенок. И не от того, что она скрывала, - а именно от того что БЫЛО. И Тэсс в его глазах моментально потеряла свое очарование, выдохлись любовь и уважение... Хотя она сама осталось такой, какой была.

Возвращаясь к лорду. От писем ведь детей не рожают) Думаю, в письмах леди Евы не было ничего эротического и игривого. Небось, рассуждали с джентльменом о книгах и музыке, не более. Для герцогской гордости неприемлем сам факт, что невесте когда-то кто-то нравился, и они состояли в переписке. Увы, мой опыт показывает, что на нечто подобное можно наткнуться и сейчас, в 21 веке, у вполне современных молодых мужчин. Комплекс у них, что ли - быть первыми во всем. Не дай бог при таких первую детсадовскую любовь вспомнить...

А были совершенно "наобротистые" случаи. Натурщица прерафаэлитов, Энни Миллер, выросла в трактире, побывала в любовницах у Ханта, Россетти, виконта Ревеле... Сам Хант долго хотел на ней жениться (а тоже был не из самых прямо бедных-простых). А в итоге мисс вышла замуж за двоюродного брата того самого виконта - Томпсона. Так что, если кто хотел "вот конкретно эту женщину" - мог настоять на своем. Вопрос - насколько любишь, и насколько хочешь вот именно ее))

+1

5

Мария_Валерьевна написал(а):

Комплекс у них, что ли - быть первыми во всем.

И это, и отношение к женщине как к сосуду, который не помыть.
Желание быть первым во всём - наверное, то же, что для женщины желание всегда быть привлекательной. Повреждённое стремление к совершенству. Повреждённое - потому что не подлинное, за счёт других, на постоянном сравнении.
Идеал женщины для мужчины таков: вот он появился в её жизни - и соперники просто невозможны. Как правило, насколько сам мужчина далёк от совершенства, настолько сильна в нём эта мечта. Вернее, самообман, что он может быть таковым.
Но она есть у всех, это атрибут мужской природы: твоя жена должна быть только твоей.
Поэтому Холмс по отношению к леди Еве проявляет себя ангелом-хранителем: во-первых, спасает её репутацию, во-вторых, покрывает её грех, как хороший отец. Он как бы говорит ей: твоя чистота в моих глазах безупречна, пусть и сама ты не будешь в ней сомневаться. В браке со своим мужем не допускай даже мысли, что ты "недостойна".
Это не просто НЕ мизогиния, это сверх обычной вежливой нейтральности.

+1

6

Старый дипломат написал(а):

Но она есть у всех, это атрибут мужской природы: твоя жена должна быть только твоей.


Жена, или подруга - да. Совершенно согласна. И прекрасно понимаю, как больно и горько узнавать об измене в уже существующих отношениях. Но в прошлом? Когда человек жил еще без тебя. Ведь совершенно логично, что жизнь у нее/него была наполненная какими-то событиями, встречами, симпатиями. Почему же факт того, что когда твоей жене было пять лет, мальчик из соседней группы делился с ней вкусной булочкой с полдника, когда десять, - одноклассник писал ей записки, в пятнадцать она далеко не с подружкой кружилась под "медляк", должен всерьез обижать? Она же не родилась в тот день, когда вы встретились. Она не знала еще, что ты будешь в ее жизни. Так же, как не знал и ты, когда писал записки и назначал свидания своей однокласснице. Почему о прошлых симпатиях нельзя вспоминать со взаимной улыбкой, как о том, что просто было в жизни?

Одна из моих любимых детских повестей. Понятно, что там и семья нестандартная, и автор - большая оптимист, но все-таки:

" Мама с Асей скорей прибежали. Их папа так и сияет. Держит за руку женщину. Незнакомую. Толстую. В резиновых сапожках. И с хозяйственной сумкой на молнии, из которой торчит бледный зеленый лук и еще что-то. Женщина хочет отнять свою руку у папы. А папа не отдает! «Таня, Ася, знакомьтесь! Это Лиля! Я Лилю встретил! Она, оказывается, на Моховой живет!»

Так счастлив, что эта толстая женщина рядом живет, — просто странно.

Мама, конечно, улыбается, что она рада. Ася молчит, надулась. Вдруг папа заметил: «Ой, я же не объяснил. Это же Лиля, моя первая любовь!» Ася чуть не упала, честное слово. Такая толстая? С луком в хозяйственной сумке? У нее даже вырвалось, ненарочно, честное слово: «Легкая, как одуванчик!» Папа смутился. Мама дернула Асю за брюки. А женщина почему-то обрадовалась: «Он так говорил, да? Юрик, спасибо!» И сама схватила папу за руку.

«Говорил! Говорил!» — закричали хором Ася и мама. Такой гвалт поднялся. Дездемона свистит. Фингал скачет. Лариса висит на скатерти. Уж Константин сам вылез из раковины и даже не прячется. Любопытство победило в нем природную скромность. Прямо в ноги лезет! «Я мечтала с вами познакомиться», — кричит мама. «И косы до пояса, да?» — кричит Ася. «Ой, Юрик, — папина первая любовь тоже уже кричит, — ты помнишь? Спасибо!» — «Он все помнит», — кричат Ася с мамой. «Я уже давно не такая», — кричит папина первая любовь. Она вдруг помолодела у них на кухне. Уже нравится Асе. Веселая. Совсем Константина не боится. «Ты для меня навсегда такая!» — это папа кричит. «А больше — ни для кого!» — ужасно расстраивается папина первая любовь. А сама все молодеет. «А для меня — навсегда», — клянется папа. «И для меня! И для меня!» — Ася вдруг слышит, что это она кричит. «Для нас, для всех», — подтверждает мама. «Спасибо!» — кричит папина первая любовь.

Едва они все успокоились. Это понятно. Как мама потом объясняла, не каждый день к человеку приходит в гости его первая любовь.." (З.Журавлева "Кувырок через голову")

Кстати, поскольку Холмс все-таки предлагает, пусть и блефуя, вариант с признанием во всем будущему мужу, значит не всякий лорд будет столь уж суров. А вот именно этот конкретный. Ох, не верю я в семейное счастье леди Евы с этим нравственником!

Судя по всему, Конан-Дойль был невысокого мнения об аристократии. Чаще всего у него лорды - не самые приятные типы, а леди - несчастны. Леди Ева, леди Икс, леди Брекенстолл...

Впрочем, сейчас вот вспомнила рассказ Дойля, где мужчина - джентльмен, хотя и не светский, проявляет себя очень благородно и логично. "Желтое лицо", где вскрывается первый брак жены с человеком негритянских кровей, и наличие у нее дочери-негритяночки:

" - И вот сегодня ты все узнал, и я спрашиваю тебя: что с нами будет теперь — со мной и с моим ребенком? — Она сжала руки и ждала ответа.

Две долгих минуты Грэнт Манро не нарушал молчания, и когда он ответил, это был такой ответ, что мне и сейчас приятно его вспомнить. Он поднял девочку, поцеловал и затем, держа ее на одной руке, протянул другую жене и повернулся к двери.

— Нам будет удобней поговорить обо всем дома, — казал он. — Я не очень хороший человек, Эффи, но, кажется мне, все же не такой дурной, каким ты меня считала"

Правда, брак был законным. Но тут ситуация усугубляет цвет кожи первого супруга, - для того времени это очень... не приветствовалось. Нацизма еще нет, но отношение к белым дамам в таких вопросах, как к "предательницам чистоты", увы, бытовало вовсю... Поэтому поступок героя здесь - просто бальзам на душу! Вот это - мужчина, и это - любовь и уважение.

0

7

Мария_Валерьевна, "суха теория, мой друг, а древо жизни вечно зеленеет" :) К счастью, любовь и брак - это настолько герметичное таинство только двух людей, что каждый случай уникален.
Кто-то разделяет Вашу точку зрения, кто-то нет, главное - чтобы ценности совпадали у данной конкретной пары.
Но несмотря на уникальность, всё-таки есть общие правила, так сказать, правила безлпасности, которые - как и всякие правила - написаны кровью, в данном случае кровью разбитых сердец. Поскольку неизвестно, как лорд относится к переписке своей невесты с другим мужчиной, Шерлок Холмс очень здраво рассуждает, что лучше об этих письмах ему не знать. А там в браке уже станет понятно, стоит ли леди Еве и дальше щадить чувства мужа (более сильный должен щадить более слабого) или поделиться с ним мыслями о своих первых чувствах, если он окажется взглядов, сходных с Вашими. Всё зависит от конкретной пары.

0


Вы здесь » Перекресток миров » Шерлок Холмс и дамы - исследование в мире канона » 13. ЛЕДИ ЕВА БРЭКУЭЛЛ И ЛЕДИ ИКС. ГОРНИЧНАЯ АГАТА.