Перекресток миров

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Перекресток миров » #Миры, которые мы обживаем » Отрывки и наброски


Отрывки и наброски

Сообщений 51 страница 68 из 68

51

Стелла, я знаю, что такое жестокая нужда, на собственной шкуре: когда всё развалилось, была возможность украсть, но мне это было омерзительно, и я просто ушёл в никуда. Как в первом псалме у Давида: " Блажен муж, иже не иде на совет нечествивых", ну и так далее. У папы пенсия стала копейкой, сестра учится, жена с семью пятницами на неделе и вообще не имеет представления о том, как это - работать. Мы с папой вставали утром и разгружали машины на базе продовольственных магазинов. За это нам давали пару бидонов сметаны, несколько ящиков с молоком в мягких пакетах, соус и пр. Сестра мыла банки и разливала сметану, мы с папой с этим товаром выходили к метро и продавали. Мы изобретали разные абсурдные слоганы и возглашали их, и наша торговля шла очень хорошо. Так я пять месяцев крутился на торжище ("на позоре" - служивому человеку стать торговцем чрезвычайно тяжело для эго, ну, подточил эго, что делать :)), а вечером давал уроки французского, пока не встретил сокурсника, который предложил вернуться на госслужбу в качестве переводчика. И все 90-е помимо работы, подрабатывал везде, где только мог, а в бюро переводов не отказывался даже от ветеринарных копеечных справок (многие же тогда потоком уезжали и вывозили своих домашних животных, за справку платили бумажками, кратными пяти). К концу 90-х я полностью восстановил благосостояние нашей семьи, и сестра уже работала - в общем, выжили. А мои бывшие коллеги, которые предлагали криминал, так и сгинули в разборках. Да даже если бы не сгинули, а так и были при своём интересе со счетами в офшорах (впрочем, всё равно, почитай, что сгинули), мне-то что? Проблема, которую можно решить деньгами, - это не проблема. Самые тяжёлые проблемы вообще не вокруг денег, это я могу совершенно точно сказать.
И конечно, Вы правы, что главное для крепкой семьи - общение и время, которое можно отдать близким. Его-то и пожирают современные фараоны. Помните, как фараон заставил евреев, помимо всех прочих тягот, делать кирпичи из соломы, чтобы у них совсем не было времени подумать о Боге? Вот то-то и оно. Чтобы ты разменивал свою жизнь на пластмассу и солому - в еде и в быту, а к небу голову не поднял. А твои близкие - это ведь и есть небо :)

+3

52

Старый дипломат, как мало таких мужчин, как вы и мой муж. Вот что могу вам сказать точно.
А художник, который не умеет работать систематически, а все списывает на вдохновение - это, в моем понимании, уже не профи. Одно название. Я выкручивалась и работала по специальности потому, что умела работать по 10-12 часов.
Сейчас женщину-художника называют художница, вопреки нормам русского языка. Вот это точно, если она много говорит, и мало делает. Талант - это труд.))
Я работала в фирме, которая изготавливала картины, которые потом брали на съем различные турфирмы. Платили гроши - 6-7 долларов в час, за два дня надо было написать (полностью, качественно, картину 2 на 3 метра - вид на мост Вздохов, для примера)) Многие, проходя отборочный конкурс (а такое оказалось по силам только французам и русским), говорили: "Я должен стоять и работать по 10 часов за гроши? Мне кто-то будет командовать, когда и сколько я буду работать?" А я была счастлива и этим грошам, а главное - опыту. И неописуемой красоте Иерусалимских холмов, вид на которые открывался со второго этажа коттеджа, в котором была наша студия.
Я думаю, мы выдержали потому, что воспринимали все новое с радостью: это оказался наш мир.

+1

53

Стелла, как всегда, что нас не убивает, делает сильнее. Но если бы была возможность Хрущу шею свернуть, с его разукрупнением деревень, кукурузой и "догонишь и перегонишь"... Эх.
Впрочем, если ход истории таков, значит, он оптимальный. Это как в анекдоте про Эйнштейна и Нильса Бора:
— Алик, Бог не играет в кости!
— Ниля, не говори Богу, что Ему делать!
А значит, двигаемся только вперёд ^^
Моя жена тоже не переносит слово "художница", только "художник". Хотя она всегда хотела сидеть дома и заниматься чем-то исключительно для себя, но, видимо, реплика Эйнштейна была сказана не просто так (пусть и в анекдоте): сейчас она занимается собственным бизнесом по производству сувениров. Перестала быть маленькой девочкой и Принцессой-на-горошине, вышла из тени и сияет, как бизнес-леди. И слава Богу, значит, так надо :) Если есть талант, он должен принадлежать людям.
[indent]
Возвращаясь к отрывкам и наброскам, вот несколько не вошедших в текст стихов, которые жалко стирать навсегда:
[indent]
***
Альба, в имени твоём
Холод и туман
И мучение вдвоём
От сердечных ран
[indent]
Но сума сошла с ума
Без своей тюрьмы
Словно Раа без звука "а"
Друг без друга мы
[indent]
***
Лес Тысячи Сов
Лес тысячи снов
Тысячи вздохов лес
И без числа — чудес
[indent]
Жаль, что это не удалось пристроить в текст, оно мне очень нравится:
***
На солнышке... Какое сладкое
Сравнение с твоей подушкой!
Какими делают богатыми
Верблюдов — маленькие ушки ))
[indent]
А это тоже было заготовлено в качестве поэтических потуг Аиры, но при более подробном рассмотрении стало ясно, что на такое многословие Консул Раа не способен по определению. Картина-образ в душе — да, но не словесная ткань. Может быть, это написал Андрей Строганов в качестве подпорки под Раа? :)
***
И вот я ввёл тебя в мой дом зелёный
В такую радость сердца под кустом,
Что светит и стоит неопалённым.
В мой тихий дом, пронизанный огнём
Твоей любви. Твоей святыни грозной,
Твоей надмирной красоты красот.
Смотри, над лесом тают звёзды,
И солнце новое встаёт!
[indent]
И вот ты приняла мои просторы,
Мои холмы, и реки, и моря,
И щебет птиц, и звёздные узоры,
И бег времён, и веры якоря.
И вся раскрывшись, как благая книга
Высот и бездн иного бытия,
Своей мечтой, самой собой меня подвигла
На несказанное. Любимая, сияй!
[indent]
Любимая, звучи! И жги глаголом!
И пой в ночи! И перед небом пой!
И будь собой! И в том огне весёлом
Гори и не сгорай! И спи со мной.
Люби меня, моя творец-создатель!
Мы равночестные, и я — создатель твой.
Моё старанье ты, я твой старатель,
И вместе — в небо, не пленённое землёй!

+3

54

Решение Сфинкса
С тех пор как у них поселился плюшевый медведь, в доме и вправду стало уютнее. И хозяин не отлучался так надолго.
Днём медведь жил на диване, а на ночь переходил на Сашин туалетный столик.
- Мне кажется, он смотрит на нас. Твой плюшевый медведь. Как из книжки Крапивина, - проговорила Саша, поймав блики пуговичных глаз.
Мишка привстал и повернул медведя мордой к зеркалу. А потом снова забрался к Саше под одеяло.
- У моей маленькой Альбы всегда было очень богатое воображение, - с нежностью сказал он. - И такие же ледяные ноги. Прямо холодильная установка какая-то, а не ноги!
- Ага, генератор Вечных льдов. Миш...
- М-м?
- Ты... Ты, пожалуйста, живи вечно. И не бросай эту дурынду Альбу, хорошо?
- Само собой!
- Она очень любит Настойку Аира.
- Угу. Я надеюсь.
- Только их любовь должна вырасти. Перестать быть жадным обладанием, а стать настоящим светлым счастьем. Но я даже не представляю, как это сделать. У них ведь нет ничего общего, кроме секса.
Он проговорил ей в ухо:
- Это уже немало. И потом... Как же нет, а деревянные фигурки? А игры в детстве? А дупло в старом дереве? А общие сны?
- Это было важно для него, но не для неё. Альба хотела обуздать Аиру и привести к полной покорности. А он всё не обуздывался и не приводился.
Михаил рассмеялся:
- Да? А он этого даже не замечал.
- Не замечал?! - воскликнула Саша.
- Угу. Воспринимал её просто как часть себя. Как ещё одну руку или ещё одно сердце. Вообще не задумывался, чтобы её покорять, потому что она и так принадлежала ему.
- Да, она это чувствовала. И хотела взбунтоваться и убежать.
- Почему? Зачем?
- Чтобы он её, наконец, заметил! Что она не его третья рука, а сама по себе! Чтобы он перестал пользоваться ею, как третьей рукой, или третьим глазом, или крыльями для своего вдохновения, а увидел её саму! Увидел, что она отдельная от него личность. Может, это было их заданием? Как Адаму, созданному по образу, было задание стать и по подобию? И чтобы Ева стала не бесконечной помощницей, а личностью?
- Может, и так. Но вот Альба убежала. И что, получилось?
- Нет. Она убежала в смерть. Как апокрифическая Лилит. А Аира остался жив и не очень-то убивался.
- Он не убивался?!
- Но умерла-то она! Как это изменить?
- М-м... Может, ей вообще не нужно говорить Аире, что она любит его как своего мужчину? Остаться просто его сестрой.
- Значит, он снова её бросит? - с горечью воскликнула Саша, будто речь шла о ней самой. (В сущности, так оно и было.) - И ты считаешь, что это выход?! Значит, Аира только и думает о том, как бы отделаться от Альбы?!
- Но ты же сама... Ты только что сама сказала, что Альба хотела убежать от него.
- Ага, старые песни о главном: "Жена, которую Ты создал, погубила меня".
- Но если она хотела сбежать, чтобы отделиться...
- Да, хотела! Чтобы он её заметил! И полюбил по-настоящему!
- Ничего не понимаю, - растерянно сказал Михаил. - Что он мог сделать, если она сама отказалась от него? Вот ты - ты что бы сделала на его месте?
- Не знаю. Получается, мне действительно ничего не удалось. И никакой я не Пароль, никакое я не Слово, сказанное Светом, и даже не уста для Слова. Я слишком сильно боюсь. Что буду такой, как моя мама. Страсть Альбы к власти над Аирой - это ведь беда в их отношениях, ты чувствуешь? Она только и думала о том, как привязать его, а он рвался на свободу, как бумажный змей!
- Мне это напоминает, - вдруг сказал Михаил, - Божественный Совет о создании мира. Но нас всего двое, поэтому мы ничего не можем им придумать. Вот что: а если у них там будет третий? Сам дух творчества? Разве Альба могла бы делать свои деревянные фигурки, если бы не знала Аиру? Это была его часть в ней. Он тоже был для неё и третьей рукой, и третьим глазом, и крыльями. Ты же сделала меня таким, как я есть - вот и она тоже. Неужели он ей совсем не нравился? Неужели она не видела в нём себя?
И тогда Саша обняла своего любимого мужа и сказала ему в ухо, видя в зеркале морду плюшевого медведя:
- Он ей очень нравится. Альба очень хочет вернуться к жизни. И согласна вечно принимать Настойку Аира от своих тонких творческих нервов. Вернее для.
- У меня самый прекрасный, самый мудрый и добрый Сфинкс, - сказал Михаил, переворачивая Сашу на спину. - Который умеет превращаться в Русалочку с ножками... ну, после мастер-класса, помнишь?
- Ага, не хватает только совы! - счастливо рассмеялась Саша.
- Точно. Но... - он задумался всего на миг и сразу нашёл ответ. - Но она же есть в Нескучном саду, на "Что? Где? Когда?"! По сравнению с расстоянием до Раа - считай, прямо в нашем доме!

+4

55

Четырнадцатый

В кои веки раз у них совпали выходные, и утром Саша, проснувшаяся первой, сначала просто наслаждалась мыслью о том, что не нужно никуда бежать. День без будильника — как же это прекрасно!
«Как на Баунти. Там люди никогда никуда не спешат, и при этом всё успевают. Здорово живут во всех смыслах».
При мысли о Баунти она повернулась от стенки, куда всегда спала носом, к Мишкиной спине. Спина была накрыта одеялом и, если присмотреться, чуть шевелилась в такт дыханию.
Утренняя тишина была глубокой и полной, как Саша любила. Вот что значит дореволюционные стены! И муж не храпит.
Муж… Надо же, такое противное слово — му-ж-ж-ж, а такое хорошее содержание! Как советская натуральная колбаса в дрянной обёрточной бумаге.
«Если мысли о колбасе, значит, пора вставать. Или нет, посплю ещё. Понежусь рядом с Плюшевым».
Теперь, когда Валька жил отдельно, ей не нужно было подниматься раньше всех.
«Главное, чтобы Катя в нём не разочаровалась».
Саша где-то читала, что формула любви звучит так: влюбиться — разочароваться — простить — пожалеть — полюбить. Но Катя-то связалась с их Валькой по самому натуральному расчёту: чтобы получить право на бабушкино наследство до формального совершеннолетия.
А вот Валька влюбился. Но как-то не похоже было, что он уже разочаровался. И — что совсем уже за гранью Сашиного понимания — охотно гулял с коляской, да и вообще никак не тяготился своим ранним отцовством. И дело не в том, что мажорная Катя могла позволить себе сидеть дома и заниматься не только ребёнком, но и своими любимыми шляпками. Просто Мишка вложил в Валькину голову мысль о том, какое это преимущество — быть отцом, и что ответственность за младших — благо и ценность, а не проклятье.
Это было самое большое чудо, которое Саше приходилось переживать. Если чёрного человека Фарита Коженникова и её собственные мысли о Баунти ещё можно было как-то списать на душевное расстройство, то добровольная любовь семнадцатилетнего Валентина к своему ребёнку казалась чем-то абсолютно непредставимым. Проще было представить гармоничную планету Раа, чем юношу двадцать первого века, стремящегося к ответственности за семью в рамках той действительности, которая его окружает. Его отец и в сорок-то с лёгкостью предал свою семью с двумя детьми, а у Вальки ещё молоко на губах не обсохло, тем не менее он счастлив с Катей и маленькой дочкой — с ума сойти…
«Значит, у него есть на это достаточно энергии. Ну, и прекрасно. А у меня её нет даже на то, чтобы собственные ноги обогреть. Поэтому — не виноватая я».
Тишина не была такой уж полной: в приоткрытую для проветривания форточку, оказывается, уже текли звуки. Глухой шум города, кряхтенье греющегося мотора машины во дворе и припев олдскульной песни I’m still loving you группы «Скорпионс» из динамиков той же машины.
«И я тоже никогда не была влюблена в Мишку. Он просто появился, и всё. Это Альба влюбилась в Аиру и разочаровалась. Я — нет. Я его просто полюбила со временем. Сначала за Альбу, потом в переписке и в ожидании. Надо же, даже от шизофрении бывает польза».
Разочаровывал ли он её? Конечно. Постоянно. Его никогда не было рядом в самое нужное время. (Вспомнилось, как одноклассник Ванька Конев, проходя мимо Саши с Валькиной коляской, бросил с присвистом: «Самохина, это твой, что ли? Хренасе!») Когда ей хотелось чем-то поделиться или что-то получить. Гостевой брак — вот как это называется. Мишка рядом с ней только гостит, а живёт он на работе. Да она и не знает его толком, что он за человек. То есть знает, что человек хороший (и это немало), но и только.
Саша тут же пресекла депрессивную мысль подходящей цитатой: «Со Пскова я, странница, пришла собачку говорящую посмотреть». Говорящего плюшевого мишку.
«А что, разве не так? Но он для меня самый-самый подходящий спутник жизни. Во-первых, я тоже живу на работе, а во-вторых, все мы странники на Земле. Гости. И никто не задержится надолго. Так что нужно пользоваться счастливыми моментами, а не бухтеть».
Ведь если хорошенько подумать, Мишка был рядом ровно настолько, чтобы астенически-тревожная Саша, глубокий интроверт и пограничный шизофреник, чувствовала себя в безопасности и могла заниматься любимым делом. Тем единственным, к чему она была способна — играть словами.
А вот Юля говорит, что счастлива от одной только мысли, что ей не надо идти на работу, а можно спокойно воспитывать детей. Саша на две, на три работы бы ходила, лишь бы не сидеть дома с двумя детьми!
«Там у них, того и гляди, третий будет».
Интересно, есть ли семья у Конева?
На днях она совершенно случайно встретила его на Манежке — серого, мутного, с одутловатым лицом, и пузень под курткой не помещается. Тридцать пять лет, а выглядит на полтинник. А ведь когда-то это был самый красивый мальчик из её класса. Невероятно…
Саша как раз шла с занятий в фитнес-клубе и массажа. И диету подобрали такую, что теперь даже приятно в зеркало на себя посмотреть — кожа свежая, чистая, и она снова помещалась в свою любимую шубейку с большим красивым воротником-капюшоном.
На Ваньку Конева она глянула с искренней жалостью. И даже спросила, не одолжить ли ему денег, если у него случилось какое-то несчастье.
Да, Конев был полностью деморализован, а Сашка отомщена, но… Но как-то неспокойно её совесть подкалывала, мучила тупой иглой. Может, позвонить ему? У мамы в старой записной книжке должны быть телефоны. Вдруг действительно какая-то беда у человека?
«Тьфу, да при чём тут Конев! Что он вечно лезет ко мне, этот паршивый Конев!»
Снова представился Ванька: толстый, грузный, с опухшим щетинистым лицом. Несчастный.
«Пьёт он, что ли? Или, может, сахарный диабет? А ведь такой был красавчик, образцово-показательный, зреющий, как овощ под плёнкой…»
Чтобы выгнать образ опустившегося Конева из оперативной памяти, Саша проскользнула под Мишкино одеяло, прижалась к его спине и провела рукой по животу, пошевелив там шерсть. Да, о таком животе Конев не мог и мечтать. Как и о том, в каких домашних нарядах Саша встречает своего мужа, когда ей хочется подогреть его чувства.
Мишка заворочался.
— Плюшевый, — проговорила Саша и потёрлась о его спину всем телом, — люблю тебя. Ты спи, спи, я просто хочу над тобой поворковать, пока ты тут у меня под рукой. Пусть тебе снится наша Баунти. Целая планета, со всем её зелёным уютом и светом мягкого солнца. А если вдруг захочется приключений, то чтобы как в том анекдоте: «Иди, но так, чтобы я тебя видела». И не забывай, про маленькую Альбу. Как она любила Настойку Аира, когда была маленькая, и когда стала большая, тоже не забывай.
Поцеловав сонного Мишку в шею, Саша снова отвернулась к стенке, собираясь подремать. Конев из её мыслей ускакал совсем.
Но Плюшевый Медведь уже был разбужен. Теперь пришло время Саше почувствовать, как его желание понежиться в постели в приятной дрёме переходит в предложение совместного времяпрепровождения. Он принялся её трогать, наглаживать, покусывать и порыкивать ей в шею. Саша несколько недолгих минут изображала Снежную Королеву, но вскоре повернулась к нему лицом и раскрыла объятия.
Потом было решено ещё немножечко поспать, и снова проснулись они только в начале двенадцатого.
[indent]
День был прекрасен. Он начался с приятного душа, потом был завтрак, он же обед, с приятной болтовнёй. И хотя солнце едва проглядывало сквозь серые тучи, с полуснегом-полудождём, было решено выйти на улицу — просто прогуляться под одним зонтом. Они хотели сходить в кино, но ни один фильм на афише им не понравился. Тогда Саша взяла с мужа слово, что они пойдут на «Ноя» в следующем месяце.
Зато наткнулись на бутик мужской одежды с полной распродажей зимней коллекции, и Саша затащила Мишку купить новую куртку. Удалось с хорошей скидкой взять ещё великолепный ворсистый коричневый свитер. («Плюшевый, ты только глянь, это же прямо для медведя!»)
Купив в отделе супермаркета «всё для суши» всякой экзотической разности, чтобы сделать ужин в Сашином любимом стиле, они вернулись со всеми многочисленными пакетами домой, а на лестничной площадке у тёмного окна Саша раскрутила Мишку ещё и на романтический поцелуй.
Когда они уже вернулись домой, Мишка заметил, что хлеба-то не купили, а завтра с утра захочется обыкновенной яичницы с гренками, и сказал, что выскочит в ближайший магазин.
«Обошлись бы без хлеба, — подумала Саша, вынимая из духовки разогретого угря и перекладывая вкусно пахнущие кусочки на квадратное блюдо. — Не надо было его отпускать. Или самой с ним пойти. Вот где его носит?»
Воображение нарисовало ей Мишку в книжном магазине. Или в парфюмерном? А может, в ювелирном? Или вдруг купит то самое «платье с ногой» (его слова — «с ногой», то есть с разрезом, открывающим ногу), о котором она заикнулась, глядя на витрину, но тут же потащила Мишку прочь, чтобы не искушаться.
Телевизор погромыхивал Олимпиадой. Саша, совершенно равнодушная к спорту, вспомнила фразу, виденную в блоге одного китайского анонима, за постами которого они с Мишкой следили: «Столько бабла украсть невозможно, оно где-то выплывет».
Это она подсадила мужа на аналитику «Товарища Цао Цао», и с Сашиной помощью Мишка комментировал выкладки китайца, подписываясь Tinctura Calami — «настойка аира».
«Скорее всего, какой-то клерк из минобороны Китая, которому не хватает признания, — говорил Мишка. — Вот он и сыплет инсайтами. Как в тамошней классике — «Записки от нечего делать»?» «Записки от скуки», — поправила Саша. — И это не китайская классика, а японская».
В новостях опять показывали горящий киевский майдан. «Хорошо, что у нас там никого нет», — подумала она и переключила на канал «Культура». Шла передача «Пешком по Москве», её-то Саша и оставила.
«А вот чего бы такого подарить ему на 23-е? Может, путешествие выходного дня? Или ночь в каком-нибудь хорошем отеле? Хотя, по большому счёту, ничего лучше нашего любимого дивана быть не может. Мишка, ну, приходи уже!»
Она потянулась к мобильному, но телефон сам мелодично звякнул, и на экране появился конвертик. Открывая сообщение, Саша вспомнила, как позавчера её порадовала его СМС-ка с простейшим до глупости текстом: «Конвертик! Конвертик! Конвертик! И в каждом чмок! чмок! чмок!»
А вчера он прислал картинку с распушившейся совой. Может, у каких-то масонов это был знак тёмных сил и тайной власти, но у них в семье сова означала всего лишь Мишкину горячую жажду любви, и больше ничего.
Что, интересно, сейчас он ей напишет?
«Аленькая, мне нужно отъехать. Не волнуйся. Люблю-люблю!»
Ну вот, выдернули человека от домашнего очага, как морковку с грядки. В законный выходной!
— Да что же это такое! — возмутилась Саша вслух. — Мишка, в кои веки раз я такой ужин приготовила, а ты…
Она нажала кнопку вызова, но телефон не отвечал. Тогда она включила ноутбук.
[indent]
Звонок. Наконец-то!
Не Мишка. Тётя Зоя из Ялты.
— Я бы сама хотела знать, где он, — нервно отозвалась Саша на вопрос Мишкиной тётки. — Опять куда-то дёрнули. А как у вас?
— Саша! — в голосе всегда спокойной Мишкиной тётки прорезались нотки паники. — Наш Саня поехал по делам в Киев и пропал! Второй день не отвечает! Ты не в курсе, он случайно Мишке не звонил?
— Не знаю, тёть Зоя. Мне Миша ничего не говорил.
— У нас тут такая тревога… Ты телевизор смотришь, интернет читаешь?
— Но в Ялте-то спокойно?
— В Ялте да, но… Господи, Саша! Ты не представляешь, что у нас творится!
— А где дядя Паша?..
— В Симферополе, и тоже трубку не берёт! Ещё и Вовку с собой взял! Боже ж ты мой, я тут с ума с ними со всеми сойду!
Саша знала, какой вопрос будет как клин клином, чтобы вернуть тёте Зое утраченное равновесие, — о невестке.
— А Мила где?
— Ф-ф, Мила! Мила у нас сейчас в Египте отдыхает! Перетрудилась. Да плевать на неё! Я уже и Виктору звонила, он тоже не отвечает! Просто не знаю, что делать, куда бежать!
— Тётя Зоя, давайте я сейчас позвоню Мишиному товарищу. Они вместе служили, а теперь он на пенсии и… И точно более сведущ в таких делах. Вы, главное, не переживайте зря. Всё будет хорошо, и только так.
Попрощавшись с Мишкиной тёткой, Саша поискала нужный номер. Гудки шли долго. Юрка сейчас работал начальником службы безопасности в какой-то автодорожной фирме. Юля жаловалась, что он не вылезает из командировок. Саша, конечно, подбадривающее уверяла — это совсем не те командировки, что раньше, а сама думала: «Чёрного кобеля не отмоешь добела».
— Алло?
— Юра, это Саша, Мишина жена! — обрадовавшись, что дозвонилась, воскликнула Саша. — Удобно говорить?
— О, здорово, кума!  Что-то с Мишкой?
Стоило Саше обмолвиться, что она терпеть не может слово «кума» (фонетически оно казалось Саше ужасным, да и ассоциативный ряд, облепивший его, был отвратительный — блат, привилегии, нечистоплотность в делах, компромат), — и Юрка стал называть её только так.
С другой стороны, если она была крёстной его дочки, Юрка был в своём праве, не придерёшься.
«Но меня невозможно задеть ни одним словом, — сказала себе Саша. — Я знаю слова, слова знают меня — ну что мне ёрничество какого-то Юрки? Такой уж у него характер. Тем более, это мне нужна его помощь, а не ему моя».
Вслух она сказала в трубку:
— Да вот вышел за хлебом, а минут двадцать назад прислал СМС-ку, что его куда-то вызвали. И не берёт трубку. А позвонила его тётя из Ялты, что его двоюродный брат пропал, Саня. Помнишь Саню? Поехал в Киев по делам фирмы и уже пару дней не выходит на связь, — Саша подбирала слова, чтобы до Юрки быстрее дошло, — там же такой серьёзный замес, понимаешь?
— Угу. Телефончик пропавшего брата сбрось мне. И тёткин, а лучше дядькин. Дядя Паша, правильно?
— Да, только дядя Паша сейчас тоже в какой-то толкучке.
— Ё… Тоже в Киеве?
— Да нет, в Симферополе, там у них митинг, или что-то такое... Юра, и если узнаешь, где Миша и на сколько он задержится, сообщи мне, пожалуйста. Ты, вообще, в Москве сейчас?
— На трассе. Подъезжаю к населённому пункту с романтическим названием Большие Комары. И вот что, кума: я слышал от наших ребят, что у Мишки в отряде новая снайперша появилась. Молодая, модельная, ноги от ушей. Так что, может, не за хлебом он вышел? Как слышно, приём?
— Юра, у тебя в репертуаре есть хоть что-нибудь новое?
— Так я и говорю: новая снайперша, разве это не новое? — довольно хмыкнул Юрка. — Ну, ладно, не злись, кума, не злись, это ж я любя. Найдём и Саньку твоего, и Мишку, и куклу Барби с мешком зелёных. Всех найдём, никого не потеряем!

+2

56

Ох, тревожно-то как!

+1

57

Не дает жизнь замыкаться на своем. Обязательно что-то внешнее свалится на голову.

+1

58

Спасибо, Atenae и Стелла, что продолжаете следить даже за отрывками и набросками.
У этой зарисовки есть продолжение, которое надо просто внятно дописать.
Стелла, как Вы это хорошо сказали: свалится на голову. Истинные слова. Вот, кажется, только закуклился, сидишь тихо в своём уюте, починяешь примус - обязательно прилетит! Если не беготня по работе, то родственники, про которых и знать-то не знал, а то - как у нас - государственный переворот, кушать подано. Не любит Гомеостатическое Мироздание Емель на печи, а любит, понимаешь, огреть ледяным душем все лежачие камни  %-)

0

59

Четырнадцатый
(продолжение)
Телефонный звонок разбудил Сашу полпятого. Она вытащила руку из-под плюшевого медведя и потянулась к телефону, благоразумно прищурив глаза от света экранчика.
Номер тёти Зои. Саша подавила зевок.
— Сашенька, извини, что звоню в такое время, Санька нашёлся! Едет сейчас по белорусской трассе на Москву. Ты уж прими его, помоги, а деньги, если что, я тебе перешлю…
— Тёть Зоя, ну какие деньги? — голос Саши был хриплым со сна. — Он как — жив, здоров?
— Говорит, что жив. Вернее, написал. Он мне сообщения на телефон прислал, откуда-то из интернета. Пишет, что планирует у вас остановиться. Буквально на день, чтобы сообразить, как добраться домой.
— Да конечно, тёть Зоя. А когда примерно он будет?
— Не написал. Ты ему записку в дверях оставь, по какому адресу тебя найти на работе, чтобы взять ключи, если не сможешь остаться дома.
— Об этом не беспокойтесь, — сказала Саша, уже полностью проснувшись. — Я его дождусь, всё будет хорошо. А дядя Паша?..
— Всё там же, в Симферополе. Они круглосуточно дежурят под зданием Верховного Совета, чтобы бандеры не пролезли. А Вовка уже дома, приехал. Очень волнуется за мать. Как она из Египта возвращаться будет? У неё обратный билет через Киев в Симферополь, но у нас все аэропорты закрыты, а машины и автобусы с крымскими номерами при подъезде на перешеек бьют!
— Тётя Зоя, звоните Миле, пусть летит в Москву, и уже вместе с Саней они вдвоём вернутся. Или побудут пока у нас.
— Она там с подругой…
— И подруге место найдём, — сказала Саша.
«Для неё можно будет разложить плюшевое кресло на кухне. И я тоже на кухне лягу, на Валькиной софе. А Саня с Милой пусть спят на нашем диване, пока Плюшевого нет».
— Сашенька, а про Мишку что-то известно? Где он?
Тётя Зоя любила сына своей покойной сестры-близнеца, кажется, даже больше, чем родного, и вот к ней Саша никогда не ревновала мужа. Наоборот, ей было приятно, что у сироты Мишки всё-таки есть почти мама. А главное, тётя Зоя никогда не лезла в их семью, не то что Ольга Владимировна.
— Нет, тётя Зоя. Пока молчит.
— Януковощ-то из Киева сбежал, и по слухам, российский спецназ его сейчас охраняет у нас на базе отдыха. Может, Мишка там?
«Да уж, Ялта — это такой город, что никакие секреты в нём не держатся в принципе», — заметила про себя Саша, вспоминая, как всю информацию о дяде Паше местные жительницы выдали ей в первом же гастрономе.
— Там, скорее всего, армейский спецназ, а не полицейский, — сказала она.
Краем уха Саша слышала, что в Москве орудует банда таджиков, нападает на инкассаторов, и полагала, что Мишка занимается ими. Но в трубку она ничего не сказала. Плюшевому очень не нравились пространные разговоры по открытой связи.
— Но он же знает Крым как свои пять пальцев, а в Ялте-то — каждую собаку! — заявила тётя Зоя. — Теоретически, его могли вызвать на усиление?
— Разве что теоретически.
— Да, — решительно сказала тётя Зоя, — завтра пойду к воротам и спрошу, нет ли там у них нашего Мишки. Пусть даст знать, что он тут у меня под боком, мы же переживаем! Мишка сейчас майор? — и пулемётом выпалила: — СОБР ЦСН ГУ МВД по Москве, позывной «Рома», да?
Как ни тревожно было на сердце у Саши, она внутренне рассмеялась. Материализация её идей всегда происходила именно так. Самым причудливым образом. Вот думала же недавно, чтобы Аира на Баунти попадал в приключения только как в анекдоте, и пожалуйста — тётя хочет быть в курсе, в какой песочнице бегает её мальчик, и хочет непременно его идентифицировать.
Или как в анекдоте, что Штирлица выдал волочившийся за ним парашют?
— Тётя Зоя, да не волнуйтесь вы так! — усмехнулась Саша скорее нервно, чем весело. — Я вот совсем не волнуюсь насчёт Миши. И с Саней, видите, уже всё в порядке. Жду и его, и Милу, и если что, вас всех тоже жду.
— Спасибо, родная. А когда Санька будет уже у тебя, ты позвони, хорошо?
— Само собой. Да он вам сам позвонит. У вас сейчас на час раньше или позже?
— Без пятнадцати четыре.
— Ну вот, ещё можно поспать. Накапайте себе пустырника и ложитесь. Есть у вас пустырник?

+2

60

Как не печально, но самыми непримиримыми врагами становятся самые родственные народы.
И, как не печально, братство народов СССР на поверку сшито было даже не белыми нитками, а гнилыми. Все расползлись в мгновение ока по своим норам.(((
Пытаюсь представить, что произошло в Крыму. У нас треть дома на съеме беженцам с Донбасса и Крыма. Вот они обстрелы воспринимают довольно спокойно: можно спрятаться - чего ж бояться? "Железный купол" тоже работает.
Люди в Крыму и на Донбассе и не думали уезжать, пока не начались обстрелы. Говорят, что побросали все, как стояли - так и бежали, только документы да детям что-то похватали. Дома на соседей пооставляли.

0

61

Стелла написал(а):

Люди в Крыму и на Донбассе и не думали уезжать, пока не начались обстрелы. Говорят, что побросали все, как стояли - так и бежали, только документы да детям что-то похватали. Дома на соседей пооставляли.

В Крыму никаких обстрелов не было. Вообще. Там вообще всё мирно. Вопреки тому, что врут СМИ про всяких "зелёных человечков", даже в Севастополе, который по определению город военный, встретить военных - случай нечастый. Моряки попадаются, а военные других родов войск - за 10 дней мы ни одного не видали.
Видели одинокого украинского националиста лет 15, который сидел, печально завернувшись в жовто-блакитный флаг и, видимо, ждал, когда ему станут бить морду. Народ совершенно спокойно тёк мимо без какой бы то ни было реакции.  Вообще, в Севастополе народ, по моим наблюдениям, исключительно незлобивый.

+2

62

Значит, пристроились к "славе" Донбасса. Это уже подло. И тогда правильно, что этим беженцам предлагают вернуться, раз нет опасности для жизни.
Впрочем, Севастополь всегда был русским.
Вот что мне запомнилось, так это то, что фотографировать корабли на рейде не удавалось. Либо пленку конфисковали, если замечали, либо что-то было, отчего эти кадры засвечивались. Но это я говорю о 64-ом годе, когда была в Крыму.

+1

63

Стелла написал(а):

Значит, пристроились к "славе" Донбасса. Это уже подло. И тогда правильно, что этим беженцам предлагают вернуться, раз нет опасности для жизни.

Впрочем, Севастополь всегда был русским.

Вот что мне запомнилось, так это то, что фотографировать корабли на рейде не удавалось. Либо пленку конфисковали, если замечали, либо что-то было, отчего эти кадры засвечивались. Но это я говорю о 64-ом годе, когда была в Крыму.

Сейчас мы фотографировали все.
Подло - не то слово! Вот от таких любителей хорошо устроиться и разлетается вранье. В Крыму хорошо, мирно, спокойно. Идут масштабные строительные и ремонтные работы. Очень многое реставрируется. И никто ни с кем не воюет.

+1

64

Крым спасался и был спасён, но вот несколько десятков крымчан, которые возвращались на автобусах из Киева, были зверски избиты фашиствующими стаями, несколько человек забиты насмерть. На Одесской трассе 20 февраля 14 года. Так что крымский родственник Саши Самохиной очень правильно сделал, что поехал на север.
Вообще, в Крыму сейчас прекрасно :)
[indent]

+1

65

Четырнадцатый
(продолжение)
Сначала Саша проверила запасы в холодильнике, потом пошла в «ванную», сняла с полотенцесушителя свои трусики и пробежалась глазами вокруг — ничего ли больше нет такого, что смутит посторонний мужской глаз? Вроде бы ничего. Тогда она залила в унитаз моющее средство и наскоро повозила ёршиком, прошлась шваброй-лентяйкой по полу в коридоре и на кухне, постелила мокрую тряпку на пороге перед дверью и, подумав, ещё одну — у входа в кухню.
И только потом сверилась с рабочим блокнотом, позвонила на кафедру и взяла отпуск на три дня за свой счёт по личным обстоятельствам. С одной дипломницей переговорила по скайпу, другой написала на почту. Вспомнила, что хорошо бы повесить возле душевой кабины чистую одежду и полотенце для гостя.
Вернувшись к своему ноутбуку, Саша увидела, что пришло письмо с курсовой от студента-третьекурсника. И только-только распаковала архивный файл, как позвонили в дверь.
Оставив ноутбук на диване открытым, она быстро выскочила в прихожую.
— Саня, ты?
И в «глазок» взглянула, действительно ли там деверь. (Слово, такой же степени отвратности, что и кум с кумой, а фонетически ещё противнее: нечто среднее между дверью и зверем.)
Наверное, придётся-таки сходить к окулисту за очками. Или лучше линзы? Незаметные и не натирают нос, но, говорят, с ними страшно много мороки. А ещё лучше не лениться, а начать делать гимнастику для глаз. Принёс же Мишка распечатку упражнений для снайперов, а Саша в неё даже не взглянула, так и лежит на подоконнике.
Идентификация на слух оказалась более верной:
— Да я, я! — послышался голос тёзки-родственника, очень похожий на Мишкин. Двоюродный голос. И когда Саша открыла, добавил: — Вернее, мы. Вот, это Ярослав, мой товарищ. Он мне, можно сказать, жизнь спас. А Мишка дома?
В крохотную прихожую широкой фамильной дланью был втянут ещё один гость, в большой дутой куртке и чёрной вязаной шапочке. Немедленно запахло мужчинами после долгого пути с приключениями. Саша отступила в проход на кухню, чтобы оба пришельца могли поместиться.
— Здравствуйте, Ярослав, я Саша. Вы молодцы, что оба живы, и хорошо доехали. И какие «пару часов», Саня? Помойтесь, поешьте, отоспитесь. А Мишка где-то в полях. Ты маме звонил?
— Звонил я маме, звонил. Вот прямо перед твоим домом, что мы уже на месте. Да ты не волнуйся, мы у тебя перекантуемся буквально пару часов и двинем на Ростов.
Более явно приключения были написаны на лице Мишкиного двоюродного брата (впрочем, запухший глаз всё-таки раскрывался и на носу был пластырь). Гость — круглоголовый, ничем не примечательный молодой парень — хотя не имел видимых повреждений, но, похоже, пребывал в ступоре.
Саня же, напротив, находился в стадии возбуждения и много говорил.
— А ты смотрела в новостях, что у нас творится?
— Да, конечно. Читала, что у вас там транспорт с крымскими номерами бьют на дорогах. Вы молодцы, что вырвались. Молодцы, что сообразили двигать в обход. Ты где машину поставил?
— Да мою машину перевернули и подожгли ещё в Киеве! Если бы не Ярик, был бы я кура-гриль! А это Мишка нам так хорошо подсуропил? Нас и на украинской границе пропустили без проблем — и надо сказать, я ещё ни разу в жизни столько не молился... а на белорусской погранцы вообще сказали, что звонили, мол, насчёт Столярова Александра Павловича, встретить как героя! А когда узнали, что Ярик из «беркутят», так довезли нас на своём уазике прямо до Москвы, прикинь! Мы в дороге немного поспали, сейчас уже бодрячком.
По тому, с какой тоской Ярослав отвёл глаза и опустил голову, никак нельзя было сказать, что он «бодрячком».
— Это, значит, Юра помог, Мишин товарищ, — сказала Саша. — Надо ему отзвониться, спасибо сказать. Саня, ты помнишь Юру?
— Да, конечно, помню! А он сейчас в Москве? Не с Мишкой?
— У него была тяжёлая травма, он на пенсии. Работает безопасником в коммерческой структуре. Ребята, ну, давайте же, раздевайтесь-разувайтесь, шевелитесь! Вы же, небось, голодные как волки!
— Есть такая буква в этом слове, — сказал крымчанин, снимая куртку и сбрасывая грязнейшие ботинки (и аккуратно поставил на тряпку у двери, хозяйка это отметила). — Хотя на заправках мы, кажется, что-то ели.
— Так, Саня, ты, давай, иди под душ первым, — распорядилась Саша. — Полотенца все свежие, и я там Мишкины треники повесила и футболку. И трусы совершенно новые, я Мишке купила в подарок на 23-е, теперь будет, значит, тебе с прошедшим. Бамбуковые! А своё грязное всё брось в сиреневое ведро. А вы, Ярик, идите за мной, сейчас и на вас что-то найдём, тоже без подарка не останетесь. Пожалуй, хорошо бы ещё парочку больших пицц заказать. И тортик, за встречу.
Саня заметил, что пиццы можно четыре, а тортика два, и скрылся за дверью в санузел. А гость, оказавшийся в тонком чёрном свитере-гольфе и в явно чужих, слишком больших джинсах, топтался в прихожей, как-то не очень торопясь снимать армейские берцы.
Саша поспешила его приободрить:
— Если носки рваные-грязные, не стесняйтесь. Я и носками вас снабжу, и всем необходимым, как в каптёрке. Вы как раз где-то в размере моего мужа. И что от вас потом воняет, и руки грязные, и голова как дорога — это всё ерунда. Мы здесь все свои, чувствуйте себя как дома. Саня быстро моется, это мой Мишка обычно торчит под душем по два часа. Скоро будете чистым.
Носки у него оказались целыми, но Саша сразу поняла, чего он стесняется — женских прокладок, которыми утеплял ботинки, одна всё-таки вытянулась за носком.
— Ну, видно боевое братство, — сказала она с улыбкой. — Мой муж тоже всегда подкладывал, когда в сильные морозы бывал на выходе. Говорил, это самое лучшее средство. Так, что у нас тут... — она открыла створку Мишкиной части их грандиозного старинного шкафа. — Вот вам спортивные штаны, вот тельняшка. Тёплая! И совершенно ненадёванные плавки, видите, с бирочкой. Бонусом достались, когда мы на днях купили мужу куртку на распродаже. А всё своё сбросите в ведро, сиреневое там такое, потом в машину загрузим, когда поедим, чтобы она не жужжала нам на нервы. У нас она на кухне.
— Спасибо, но эту тельняшку я взять не могу, — сказал гость глухим голосом. По-русски, но с сильным украинским оканьем и гэканьем. («Докладует старшина Полищук, прэследую прэступника на моцоцикле», — промелькнула цитата в мыслях у Саши.) И быстро пояснил, чтобы хозяйка не подумала, что он брезгует её заботой:
— Она ж краповая. Ваш муж краповик, а я не имею права.
Саша раздумывала только секунду.
— Но вы же из «Беркута»?
Парень кивнул.
— Тогда пойдёмте, — она подхватила вещи под мышку и повела гостя на кухню. — Вот, перед лицом Вышних Сил, — Саша кивнула на иконы, на Ангела Благое Молчание, получившего красивую раму, и на вторую, большую, яркую, с Архангелом Михаилом, подарок майору Плотникову от Главного управления МВД, — вручаю вам эту краповую тельняшку как символ мужества и стойкости.
Вокруг икон висело множество фотографий, Мишкиных и сделанных Мишкой. Большей частью с разных соревнований, но был там и её любимый собственный портрет: совсем молоденькая Сашка стояла в царственной позе под памятником Екатерине Второй.
— Носите с честью, защитник Отечества, Ярослав... как ваша фамилия?
— Торпа, — ответил парень. — Лейтенант милиции Ярослав Торпа.

+1

66

Так "Торпа" это не случайно? Есть связь с именем?

0

67

Стелла, нет такого слова, которое не могло бы стать украинской фамилией ))
А Торпа ничем не хуже, чем какой-нибудь Кирпа, Швайка или (и в особенности) Кучма.
Из отрывка видно, что Саша достаточно выросла, чтобы перестать быть боязливой. Её уже не пугает перспектива принимать гостей, кормить их, она уже не сомневается в своих силах на самом что ни на есть своём поле, в стенах собственного дома. Слова для неё по-прежнему сензитивная реальность (такой её сделали авторы, С. и М. Дяченко), но теперь её не испугать не только словом "кум", но и словом "Торпа". По-моему, взросление и распрямление личности налицо )))

+1

68

Жу-жу-жу
Искусственный голос сообщил, что телефон абонента выключен. Подумав пару секунд, Саша написала СМС-ку:
"Мишенька, Плюшевый! Вот включишь ты телефон, а здесь я, твоя Аль. Очень скучаю! Очень-очень! А уж как скучает Альба на Баунти, можешь себе представить? Как же ей было грустно, когда ночью прилетал Фор и щёлкал Аирины любимые слова, а она была совсем-совсем одна. Это я не в плане жалоб, а просто чтобы тебе хотелось поскорее вернуться домой!"
Отправив послание в эфир, Саша села за компьютер, чтобы подобрать материал для чтения студентам третьего курса.
Когда от иерошек начало рябить в глазах, она снова взяла телефон и написала ещё один текстик:
"Любимый! Знаешь, мне бы хотелось так тебя завести, чтобы ты думал только о том, как бы скорее оказаться дома. Или, может, мне тоже съездить в командировку, а? Ты вернёшься - а Жар-птица улетела! Вот так! Целую в нос и показываю язык!"
Пора было поужинать. В холодильнике Сашу ждала плитка бесшоколадного шоколада и корытце бестворожного творога, который Мишка называл "бездымный порох".
И ещё пакет соевого молока.
Запивая псевдотворог эрзац-молоком и заедая квазишоколадкой, Саша послала третью СМС-ку:
"Плюшевый, когда сможешь, напиши мне хотя бы пару слов. Жу-жу-жу? ;)"
Хорошо, даже посуду мыть не надо: выбросить пустые упаковки в ведро - вот и вся уборка после ужина. Только стакан сполоснуть.
И ложиться спать на неразложенный диван в обнимку с плюшевым медведем. У неё появилась такая суеверная привычка: не выпускать игрушечного мишку из объятий до самого утра, чтобы с Мишкой ничего не случилось.
[indent]
Телефон звякнул Саше в ухо посреди ночи. СМС-ка. Щурясь, она посмотрела на светящийся экранчик. Номер нераспознаваемый. От Мишки?
С замиранием сердца открыла виртуальный конвертик.
"Моя маленькая Аль, сладкая и солнечная! Единственная, которая знает, где моя сберкнижка, полная задора и огня! Я очень-очень хочу жу-жу-жу! Была бы у меня возмож-ж-жность отправить к тебе свою проекцию ж-ж-жука-дж-ж-жентльмена, он бы уже жу-ж--ж-жал у тебя над ухом, так, что от этого жу-жу-жу ты бы превратилась в Дюймовочку. Пож-ж-жалуйста, сообщи, примет ли Дюймовочка меня в ж-ж-жучином виде, или моё ж-ж-желание каж-ж-жется ей верхом ж-ж-жуткого неува-ж-ж-жения? Ж-ж-жду ответа на обычный номер".
Саша не только улыбнулась плюшевому медведю, но от радости даже поцеловала его в пласмассовый нос. И немедленно отстучала пальцем по буквам:
"Мишенька! Не сомневайся, что Дюймовочка умирает от счастья при мысли, что к ней летит её любимый жучище! Она уже лежит в своей кроватке из скорлупки ореха на простыне из лепестков ромашки и на подушке из фиалкового лепестка. А накрыта лепестком розы, потому что ей холодно лежать голенькой одной. Ж-ж-жук, наверное, весь шерстяной и кусается? Или он плюшевый-плюшевый? Дюймовочка будет очень счастлива перебрать все его волоски и усики и уснуть под его жёстким крылом. А там у него есть еще такое прозрачное мягонькое крылышко, нежное-нежное, как твоё сердце под моими губами".
Ответ - опять с нераспознаваемого номера - не замедлил прилететь:
"Ж-ж-жук жаж-ж-ждет обогреть Дюймовочку и согреть её маленькие обледенелые ножки. Он поцелует каж-ж-ждый пальчик и будет с надеж-ж-ждой ж-ж-ждать, когда ж-ж-же её неж-ж-жные аленькие губки пож-ж-желают раскрыться".
Саша, наслаждаясь сладким томлением, написала:
"Дюймовочка очень хочет, чтобы её любимый ж-ж-жук прож-жуж-ж-жал ей все уши о своей ж-ж-жаркой страсти!"
Не успела она отправить СМС-ку, как звякнуло снова:
"Жу-жу-жу! Я так тебя жу-жу-жу, что жу-жу-жу! Тебе достаточно лишь пож-ж-желать, чтобы я жу-жу-жу до дрож-ж-жи в жу-жу-жу! Как ж-ж-же я ж-ж-желаю прилож-ж-житься к маленьким грудкам моей Дюймовочки! Или они уж-ж-же стали большими от неж-ж-жных поглаж-ж-живаний и покусываний ж-ж-жука? Ж-ж-жук кусачий!"
Саша вздохнула.
"Милый, у Дюймовочки от глубины чувств её любимого мужа уже всё дрожит!"
Ответ на это послание пришёл после некоторой задержки:
"Дюймовочка! Ж-ж-жук так ж-ж-жестоко оголодал без твоей любви! Жаж-ж-жду тебя, моя Аленькая! Конец связи".
- Тьфу, Мишка, ну какой же ты солдафон! - сказала вслух Саша, укоризненно глядя на плюшевого медведя. - Вот к чему здесь твой конец связи, а? Как можно до такой степени не чувствовать текст? Написал бы "но ж-ж-желания пока придётся отлож-ж-жить". И я бы сразу поняла, что у Настойки Аира появились дела поважнее, чем маленькая Альба.

+1


Вы здесь » Перекресток миров » #Миры, которые мы обживаем » Отрывки и наброски