В долгой дороге Анну тошнило всего раз, и хотя она искренне убеждала мужа, что все хорошо, тот настоял на остановке, так что в столицу Штольманы прибыли уже к ночи. Утомленная поездкой Анна сразу же забралась в постель и уснула, а Яков тихо прошел на кухню.
Перед отъездом он оставил форточку открытой. Сейчас он проверил, не захлопнулась ли та, осмотрелся в поисках галчонка. От баранок в кормушке остались одни крошки, значит, еще недавно малыш был здесь. Яков достал из буфета сухари и погремел ими над миской. За окном тут же возник Гриша.
Запрыгнув на фрамугу, он обрадованно каркнул: - Привет! Друг!
- Привет, Гриша, - усмехнулся Штольман.
Птенец повертел башкой, вылетел в коридор, вернулся и в замешательстве посмотрел на хозяина.
- Спит твоя подруга, - понял его Яков, - утром увидитесь. Спокойной ночи.
Перепорхнув на плечо Штольмана, галчонок легко ущипнул его за волосы и крякнул:
- Добро!
- Добро, - согласился Яков.
...
Взглянув на сереющее небо, мужчина решил, что узнал достаточно. Летняя ночь в Петербурге коротка, скоро его могли заметить дворники, поэтому с крыши стоило убраться. Хотя с докладом спешить не следовало, ведь тот, кто послал его сюда, вовсе не обрадовался бы раннему визиту.
Мужчина осторожно прокрался мимо открытого окна. Возле зияющего темнотой проема он примерился, понадежнее поставил ногу. На пути сюда ночной гость легко перепрыгнул препятствие, так что сейчас он просто широко шагнул, не держась за стену. Он уже коснулся ногой черепицы на той стороне проема, как над ухом раздалось громкое:
- Полундра!
От неожиданности мужчина дернул ногой, стопа его соскользнула с узкого бортика, рука схватилась за воздух.
- Трави якоря!!! - заорал тот же голос.
Уже падая, мужчина увидел над собой темную тень и понял, что это был вовсе не человек.
...
- Что там, Яшенька? - спросонья пробормотала Анна.
- Не знаю.
Яков уже одевался, пытаясь при этом что-то разглядеть в окне.
- Гриша никак не уймется, но там и другой крик был. Схожу проверю. Аня, не надо, - он с тревогой взглянул на вскочившую с постели жену.
- Останься. Я разберусь.
Увещеваний Анна не восприняла, на улицу супруги спустились вместе. У стены дома уже стоял растерянный городовой.
- Это вы столкнули человека? - спросил он подошедшего Штольмана.
Яков представился, поднес свечу к месту, на которое указывал полицейский. На булыжной мостовой в луже крови лицом вниз лежал мужчина. Присев, Штольман откатил труп на спину, проверил карманы. Круглолицая, обезображенная падением физиономия Якову ни о чем не сказала, но стоявшая рядом Анна глухо охнула.
- Вы его знаете? - насторожился городовой.
Невнятно махнув рукой, Штольман отвел жену подальше и тихо сказал:
- Документов у него при себе нет. Аня, кто это?
- Равшан, - выдавила Анна.
- Тот, кто заманил тебя к Магистру?
- Да. Как он здесь оказался? Почему мертв?
Сыщик поднял голову. В сером небе угадывался просвет между двумя мансардами. Яков понял, что именно там шла жена, когда решила спасти его от обвинения, и по спине его пробежал холодный пот.
- Ветра в зад! - вдруг каркнула темнота.
Яков вздрогнул, а полицейский даже подпрыгнул на месте.
- Кто здесь? Кто это сказал, господин Штольман? - спросил он.
Хмыкнув, следователь потер щеку. - Определенно не я. Подождите, пока я провожу жену, а затем ступайте в участок. Пусть пришлют телегу и увезут труп, пока не рассвело. Я побуду здесь.
...
Городовой удалился, а Анна вскоре вернулась на улицу с горячим чаем и пледом.
- Что ты думаешь про Равшана, Яков? - спросила она. - Он что, следил за нами и сорвался с крыши?
- Скорее за тобой, - хмуро сказал Штольман, укутывая её пледом.
- Благодарю за чай. Никого из магнетизеров мы так и не нашли, но очевидно, что у них был заказчик. Тот, кому были нужны их умения. Я не говорил тебе, но в высших кругах были очень странные, необъяснимые даже случаи.
Он пересказал скандал с Дурново и слухи о том, что произошло на заседании совета министров.
- Профита от этих случаев вышло немного, да к тому же Дурново и тот чиновник, кого продвинули после глупого выступления Улиткина, не связаны ни родственно, ни взглядами. Варфоломеев тоже сперва думал, что кто-то манипулирует магнетизерами, но доказательств, а главное, ощутимых выгод мы не нашли. Возможно, что теперь этот заказчик охотится за тобой. Да и подстава с Алёной могла быть организована им же.
- Но Алёна ведь угрожала спокойствию моих родителей, не мне.
Подлетевший галчонок уселся на плечо Анны, и напряженное лицо её разгладилось.
- Здравствуй, Гриша. Я тоже по тебе скучала, - улыбнулась она, отодвигая малыша от уха.
- Аня, мне кажется, или этот наглец тебя целует?
- Гриша, не целуйся, - она погрозила птенцу пальцем.
- Если предположить, что мошенничество Алёны удалось, то... Родители в ссоре, я расстроена, тебя нет. Может, кто-то посчитал, что так меня легче куда-то выманить? Но я давно уже не столь доверчива. Не понимаю.
Яков не стал уточнять, что жена совсем недавно начала следовать его просьбам, и злоумышленники могли этого не знать.
- Я тоже, - признался он. - Красивой версии у меня пока нет.
- Кррасивая, - ласково проскрипел Гриша, вновь подбираясь к локону клювом.
- Яков, я догадалась! Гриша же может говорить голосом Реджиса! Это он напугал Равшана так, что тот слетел с крыши!
- Ррравшан! - кивнул птенец. - Баранки!
Штольман вздохнул. Протянув руку, он снял галчонка и посадил на свое плечо.
- Даже не знаю, малыш, благодарить тебя или нет. Наверное, ты все-таки помог. Будут тебе баранки. А нам с тобой, Аня, нужно переехать.
...
За завтраком Штольман не смог до конца выдать подробные инструкции, как вести себя жене до приезда дядюшки. Развеселившаяся Анна пригрозила, что если Яков не перестанет считать её безмозглой дурочкой, она непрерывно будет миловаться с Гришей и даже, о ужас, одна поедет на Гороховую и найдет того самого Георгия.
- Георгия не существует, - напомнил сыщик.
- Как знать, - улыбнулась Анна. - Я просто приеду к вам, и мы с Георгием...
- Я понял, - ухмыльнулся Штольман.
- Георгий был бы рад, но начальство не поймет. Люблю тебя, Аня. До вечера.
Получив долгий поцелуй, он ушел на службу, Анна же осталась коротать день в квартире. Сперва она взялась собирать вещи - переезжать было решено после того, как приедет Петр Иванович. Затем раскрыла уже читанный роман Толстого, пролистала несколько страниц, и тут скучноватые занятия были прерваны неожиданным визитом соседей по мансарде.
Аристарх Петрович заявился вместе с благоверной Ольгой Семеновной. Супруги проснулись ночью от тех же криков, ничего не поняли и к полудню отправились узнать у соседки, не знает ли она, что случилось. Как подозревала Анна, бывший моряк хотел в единственном лице навестить знакомую, которой однажды помог выбраться с крыши, но жена воспрепятствовала такому нарушению устава.
Впрочем, всё это не помешало Анне хорошо провести время. За дружеским чаем она без подробностей рассказала об упавшем с крыши, послушала охи Ольги Семеновны, выслушала предположения Аристарха. Сам бывший мичман в свою очередь рассказал несколько морских историй. По обилию суровых взглядов бдящей супруги и запинок в речи моряка девушка догадалась, откуда Гриша поднабрался нового для себя лексикона. А когда Симеонов робко попросил отдать ему смышленую птицу, наотрез отказалась это сделать.
- Он сегодня помог нам, Аристарх Петрович, - сообщила Анна, - и он наш друг.
- Друг! - важно кивнул предмет беседы, утаскивая из сахарницы белый кусочек. - Шмара!
Анна прыснула, покрасневшая Ольга Семеновна открыла было рот, а очевидно проштрафившийся моряк в ту же секунду вскочил с места, пробормотал "Мне тут нужно" и испарился из столовой Штольманов, будто его и не было.
...
- Равшан мертв.
В квартире дома на Лиговском воцарилась зловещая тишина. Высокий уже подумал, что зря принес плохие вести, но через минуту мужчина напротив оторвался от своих размышлений и спросил:
- Уверены, что это он?
Вестник коротко кивнул.
- Жиляев, бросьте ваш телеграфный стиль! - велел хозяин квартиры, сидевший в кресле.
- Видели своими глазами?
- Нет, господин Кромвель. Полицейский сказал. Он был в прозекторской.
На сто процентов полицейскому Жиляев не доверял и хотел убедиться лично, но подходящего предлога не нашел. Выдать себя за родственника коренастого татарина он не смог бы при всем желании.
- Как думаете, что обнаружил Равшан?
Высокий молча пожал плечами.
- Почему вы его не сопровождали?
- Сказал, сам справится.
Кромвель дернул щекой.
- Сам! Идиот! Ладно...
Он захлопнул лежавшую по правую руку "Книгу медиумов" и решительно произнес:
- Более этой женщиной не занимаемся, она приносит несчастья. Из-за неё погиб Магистр, из-за неё нам пришлось избавиться от Реджиса и его папаши, теперь еще и Равшан. Судьбу свою надо седлать, слушая знаки, которые она подает, а не идти на баррикады вопреки всему.
Жиляеву показалось, что требуется выказать понимание, и он вновь кивнул.
- Как наш студент? Освоился с новой ролью?
- Стал реже ходить на лекции. Шляется по городу. Похудел, - отрапортовал помощник.
- С Полиной общается?
Жиляев помотал головой.
- Книгу читает?
- Читает, - вдруг расплылся в страшноватой улыбке Жиляев, - страницы подчеркнуты. Я проверял.
Окинув взглядом портреты на стенах, Кромвель хмыкнул. - Пусть читает. А учиться ему надо. Приведите его ко мне завтра в это же время, сделаю внушение не хуже Магистра.
- Бить будете?
Кромвель тяжело вздохнул.
- Ступайте, Жиляев.
Когда тот покинул квартиру, хозяин подошёл к книжному шкафу, поставил на полку "Книгу медиумов" и стал искать другую, а найдя, удовлетворенно кивнул. В своем официальном доме мужчина таких книг не держал. Если бы кто из коллег увидел здешнюю библиотеку, он бы сильно удивился - интересы господина Кромвеля простирались далеко за пределы его теперешней службы.
...
Петр Иванович явился на Графский к вечеру, как и ожидала Анна.
- Дядя, рада тебя видеть! Почему ты налегке? - спросила она, удивляясь отсутствию багажа.
- Твой благоверный встретил меня на вокзале и твои чемоданы забрал, - после объятия ответил Миронов. - Сказал, что отвезет их пока на службу, и что в целях безопасности нам всем надо переехать. Попросил меня сегодня особенно последить за тобой.
Анна фыркнула. - Яков в своем репертуаре! Он думает, что...
Прервавшись на полуслове, она передумала жаловаться на мужа.
- Дядя, я давно уже взрослая. Но я целый день сижу тут, как привязанная, жду тебя или Якова, и больше ни секунды не собираюсь сидеть взаперти. Раз ты приехал раньше, мы с тобой идем гулять!
Миронов было взмолился, что он старый, больной человек, и что ему надо отдохнуть после дальней дороги, но Анна была неумолима.
- Я даже придумала, как отвлечь внимание тех, кто за мной следит. Для этого я попрошу тебя...
- Аннет! За тобой еще и следят?
- Могут, - улыбнулась девушка. - Но это неточно. Яша сказал, что мне надо быть осторожной. Именно так я и собираюсь поступать.
...
Анна была довольна. Под ручку с дядей она прошлась по Кузнечному рынку, приценилась к невиданным в Затонске сладостям и пахучим травкам, выбрала свежую ветчину для Якова и творог для Гриши. Девушке нравилось ощущать себя рачительной хозяйкой и заботливой женой, будучи при этом в гуще простого люда. На Кузнечном, впрочем, другого и не бывало.
Даже говорить госпожа Штольман старалась не так правильно, как дома, ведь маскировка обязывала. На плечах девушки красовался раздобытый Петром Ивановичем поношенный салоп, на голове - затрапезный платок, из-под которого свисали волосы, нещадно покрытые угольной пылью. Сам переодетый Миронов больше смахивал на опустившегося чиновника, чем на состоятельного господина, и, как надеялась Анна, их парочка внимания к себе не привлекала.
- Дядя, - шепнула девушка, - а давай на Гороховую съездим? Я постою там у дверей охранки, милостыню попрошу. Вдруг выйдет Яков и мне подаст? Или Варфоломеев, он же меня точно не узнает!
Державший покупки Миронов закашлялся. - Боюсь, дитя мое, на этом твоя прогулка закончится, а меня Яков Платоныч прямо на месте того-с... Ты нагулялась?
- Нет, - улыбнулась Анна. - Надо еще молока к ужину взять, хлеба и овощей. И кофе для Яши. Дома, кроме сухарей и чая, ничего нет.
- Ты становишься хорошей женой, Аннет, - подивился Петр. - Зря Олимпиада Тимофеевна переживала, что у вас будут проблемы в быту. Она говорила, что Якову Платоновичу будет вечно некогда, ты наймешь прислугу, которая будет тебя обманывать, он будет недоволен, и вы поругаетесь. Но действительно, почему у вас нет прислуги? Штольман на этот раз денег не дал?
Помотав головой, девушка подкрепила отрицание энергичным махом руки.
- Ну что ты. Яков добрый и щедрый, но ты же сам видишь - мы то тут, то там. Тетя Липа его совсем не знает. Он мало бывает дома, но когда приходит, вовсе не придирается, чтобы ужин был на фарфоре и скатерти. В быту он такой... непритязательный. Да и вообще мне с ним повезло! Он... Он...
Анна вспомнила остановку в тверской гостинице и ощутила прилив жара к щекам. Сперва Яков, следуя игре в сыщицу и подручного, послушно ждал в комнате, но когда она, Анна, позвала помочь выйти из ванной, оказался внутри так быстро, что стало понятно - он подпирал дверь снаружи и только и ждал возможности утащить жену в постель.
- Он лучше всех на свете, - тихо закончила госпожа Штольман.
- Пойду куплю оставшееся, а ты вот отсюда за мной посмотри. Вдруг увидишь какого-то соглядатая.
- Это Штольману с тобой повезло, - хмыкнул Петр Иванович. - Умная, домовитая, а теперь еще и осторожная. Ты сама придумала, как обнаруживать слежку?
- Нет, конечно, - смутилась Анна. - Яша научил.
...
Оторвавшись от инструктажа, Штольман повернул голову ко входу.
- Что, Беляев?
- Вас Валерий Сергеевич просит зайти. Говорит, срочно.
- Иду.
Яков тронул Плетнева за плечо.
- Николай, повторите всё с Голубицким. На венчании Павла Александровича ошибок быть не должно.
В кабинете полковника Штольмана ждал Красинский, старый знакомый из полиции. Он был младше Якова по званию и сейчас мог бы служить под его началом.
- Яков Платонович, выручайте, - после приветствия попросил Красинский.
- Окуня помните?
Яков напряг память.
- Вениамин Окунев, пятидесятого года рождения. Руководил бандой налетчиков, ограбил несколько лавок. При задержании скрылся.
Несколько лет назад Штольман охотился за этим Окунем. Благодаря усилиям сыщика все члены банды были арестованы, но вот сам главарь исчез.
- Всплыла рыбка?
- Именно так. В районе порта активизировалась банда, почерк похож. Поможете его поймать? Ваш опыт нам бы очень пригодился.
Штольман перевел взгляд на начальство. Счеты с Окуневым свести было бы неплохо, но перед венчанием члена царской фамилии тратить время на рядовую полицейскую операцию?
- Полиция даёт своих людей на венчание, это стоит ответного жеста. Идите, Яков Платонович, - подтвердил согласие Варфоломеев.
...
Анна с дядей уже свернули с Владимирского на Графский, когда девушка почувствовала присутствие духа. Она обернулась. Сзади шел рыжеволосый молодой человек. Лицо его было избито, губы размозжены и чуть шевелились. Слов Анна не слышала, но на лице паренька отражалось сильное волнение, и было понятно, что ему требуется помощь.
Анна помнила, о чем её просил Яков, но сейчас рядом был дядя.
- Показывайте, - неслышно произнесла она.
...
При известии о шествующем впереди призраке Петр Иванович только вздохнул. Втроем они дошли до дома, в котором располагалась квартира Штольманов, прошли во второй подъезд, поднялись на последний этаж. Повинуясь жесту юноши, Анна с удивлением поняла, что стучаться нужно в квартиру Симеоновых.
Дверь открыл Аристарх Петрович. Представив дядю, Анна спросила:
- Скажите, знаете ли вы такого молодого человека?
Она описала рост и возраст юноши, приплюснутый нос и рыжие волосы, сымитировала его тяжелую походку.
Поколебавшись, Симеонов ответил:
- Кажется, это Ванька Сипягин, друг нашего Пашки. Они вместе с детства, а сейчас вместе же в порту работают. Они в компании таких же юнцов на Динабургской комнату вскладчину снимают, чтобы по утрам спать подольше. Где вы Ваньку-то встретили, Анна Викторовна?
- Прямо здесь, - тихо ответила девушка. - Позвольте войти, и я объясню подробнее.
...
На кухне в присутствии Ольги Семеновны Анна рассказала, что в попытках заработать денег двое молодых людей познакомились с плохой компанией, захотели стать её членами и получили вступительное задание ограбить лавку.
- Откуда вы всё это узнали, Анна Викторовна? - усомнился Аристарх. - Наш сын, конечно, не ангел, но чтобы грабить... Мы его не так воспитывали.
- Ты воспитывал? - рявкнула Ольга Семеновна. - Пашка тебя раз в год видел, так что лучше молчи! А охламон этот у меня получит! Жизнь ему самостоятельную подавай, кильке недосоленной!
Переждав вспышку гнева госпожи Симеоновой и бормотание бывшего моряка, Анна продолжила: - Но оказалось, что бандиты не собирались принимать юношей в свои ряды. Они потребовали немедленно принести награбленное, а чтобы те не убежали, одного из них заперли на складе, как заложника.
Аристарх Петрович почесал свою бородку клинышком и скептически сказал:
- Анна Викторовна, а вы не брешете? То есть, простите, это всё правда? Откуда вы знаете?
- Позвольте, я расскажу до конца, а затем вы решите, верить мне или нет, - вздохнула Анна. - Ване не повезло. Ему приказали принести товар, но он так торопился, что не смотрел на дорогу. Его сбил экипаж на Невском. А если до девяти вечера у банды не появится выкуп, Пашу...
Ольга Семеновна тяжело опустилась на стул.
- Его убьют?
Девушка горестно развела руками.
- Дух Вани стоит прямо передо мной. Только что он показал, как когда-то вы, Аристарх Петрович, оттаскали его за уши и нечаянно порвали мочку уха. Но он не сердится. Сейчас он раскаивается и просит спасти друга. Надо как можно скорее принести бандитам то, что они просят, иначе они привяжут к ногам Паши камень и сбросят в залив.
При словах о порванном ухе Аристарх широко открыл глаза, будто пытаясь увидеть юношу. Бывший моряк поверил.
- Мы же не знаем, где хабар! - воскликнул он. - Якорь тебе в зад, Ванька, почему ты думаешь, что Пашка всё нам рассказал?
Дух Ивана вдруг вышел с кухни и прошел в соседнюю комнату. Анна побежала за ним, за ней последовали Симеоновы и Петр Иванович. Там Анна показала на стоявший у стены сундук.
- Ваня говорит, что они приходили вчера, пока вас не было, и спрятали награбленное вот сюда.
Через минуту сундук был открыт, а на кровати разноцветными камушками сияли женские украшения.
- Укуси меня пиранья, - присвистнул Аристарх.
- Солнышко, они ограбили ювелира.
Глядя на то, как супруг перебирает ожерелья и серьги, госпожа Симеонова подняла палец вверх.
- Аристаша, собирай это всё. Мы немедленно идем в порт, отдаем украшения, вытаскиваем Пашку, а затем ты займешься его воспитанием. Иначе, клянусь муреной, я отправлю его к деду в Тамбов. И тебя, кстати, тоже!
- Добро, - очнулся бывший мичман. - Идем. Анна Викторовна, большое вам спасибо.
Уже на лестнице он вдруг остановился, запустил пятерню в бороду и растерянно спросил: - Солнышко, я полностью согласен с твоим планом. Но...
- Что "но"? - грозно переспросила супруга, вооруженная тяжелой скалкой.
- Но как мы найдем Пашу?
Ольга Семеновна заморгала, а бывший моряк просительно уставился на Анну.
- Анна Викторовна, вы же покажете нам место?