Над поляной с накрытыми столами висел тот же неторопливый гомон, что и несколько минут назад. Яков снял цилиндр, утер пот со лба. Новобрачные мирно беседовали с гостями, казаков рядом с ними не наблюдалось. Заметив слева коллег в костюмах, а среди них яркий мундир Императорского конвоя, Штольман поспешил туда.
Взмыленный Плетнёв отрапортовал:
- Всё в порядке, Яков Платонович, взяли без происшествий! У этого Чарского в кармане действительно, - понизил он голос, - была бомба.
Дернув шеей, Яков потянул бабочку.
- Великие князья в курсе?
- Никак нет, - довольно ответил старший группы агентов. - Даже полковник Шереметев, думаю, ничего не понял. Всё прошло гладко.
- Молодцы. Доложу. А бомба?
- Вот она. Ну то есть то, что от неё осталось. И, скажу я вам, Яков Платонович, какая-то она странная.
Николай раскрыл ладонь. Штольман склонился ближе.
- Кто ж её так? - спросил он. - Голубицкий?
Плетнёв ухмыльнулся, а виновник превращения бомбы в груду осколков смущённо вздохнул.
- Так это и не бомба вовсе, - рассмотрев детали, уверенно сказал Штольман.
- Это хороший муляж. Такие делают в учебке сапёрного полка.
Закованный в наручники, молчаливый до этого хорунжий вдруг громко замычал. Надворный советник перевел на него взгляд. Неистово вращая глазами и надувая щеки, Чарский пытался что-то сказать, но поскольку изо рта его торчал скомканный платок, сделать это было затруднительно.
Штольман вытащил кляп.
- Позвольте, как это муляж? - вскрикнул арестованный, и Голубицкий пихнул его в бок, призывая не орать.
- Такого вовсе не может быть, уверяю вас! Виктор же обещал!
- Зачем она была вам нужна? - спросил Яков.
- Принцесса Александра! - выдохнул молодой офицер. - Она не знает, на что согласилась! Великий князь её не любит, а я... А я...
- Кто такой Виктор?
Казак открыл было рот, но, тут же его закрыв, уставился в землю.
- Никто. Я один во всём виноват!
Советник потер щеку. Похоже, что хорунжий был не заговорщиком, а обычным молодым идиотом, собиравшимся спасти предмет своих воздыханий от хладного замужества.
- Вы собирались убить обоих супругов? Прекрасный способ прекратить их брак, - сухо сказал Яков.
- Что вы! Как вы могли такое подумать! Я бы схватил принцессу, заслонил своим телом и бросил бомбу в Павла! Вы уверены, что это муляж?
Штольман кивнул. - Смотрите сами. Тут нет пороха.
Хорунжий неверяще уставился на чёрные осколки, а Яков распорядился:
- Голубицкий, везите господина Чарского на Гороховую. Один справитесь?
Мощный агент энергично кивнул и дёрнул арестованного за руку. Тот безропотно поплелся вслед.
- Остальным надеть хаки и за мной, - велел советник, сам отправляясь в подсобную комнату дворца, где было сложено имущество охранки.
Цилиндр и смокинг Штольману порядком надоели. Пора было переодеться во что-то более скромное.
...
Выбравшись на вершину горы, запыхавшаяся Анна очень удивилась. На площадке рядом с зеленым ящиком вполоборота к Анне стоял Шумский. Он разговаривал с офицером примерно своего возраста и появления девушки не заметил.
- Иван Алексеевич! - окликнула она.
- Анна Викторовна! - повернувшись, обрадовался поручик. - Как я рад видеть вас снова! Вам понравилось представление?
Она кивнула. От поцелуя Шумского в запястье захотелось убедиться, нет ли рядом Якова, но она одернула себя. Иван не имел в виду ничего плохого, ей нечего стыдиться, а вот воспользоваться присутствием знакомого стоило.
- Да, очень, - не покривила душой Анна, подойдя к краю площадки. - Вы на вашем кауром жеребце были неотразимы. Как его зовут? И покажете, пожалуйста, куда тут будут стрелять?
Анна испугалась, что перебрала с глупостью, но Шумский как будто ничего не заметил. Встав рядом, он ответил на полном серьезе:
- У меня мерин по кличке Золотой, Анна Викторовна. А ответит вам мой друг корнет Селин, он тут главный. Разрешите вас познакомить, - он представил Анну подошедшему офицеру, и ей вновь пришлось протянуть руку для поцелуя.
- Селин, объясняй. Мне тоже интересно.
Поощренный девичьей улыбкой артиллерист поведал, чем фейерверк отличается от стрельбы картечью, в то время как Петр Иванович за спинами солдат осторожно поднимал крышку зеленого ящика.
Анна хлопала глазами, спрашивала снова и теребила угол газовой накидки. Корнет терпеливо отвечал. Один из солдат вдруг стал поворачиваться к центру площадки.
- Ах! - воскликнула девушка, выпуская из руки накидку.
Ветер подхватил ту и протащил пару саженей. Оба рядовых наперегонки бросились по склону, Селин галантно держал девушку под руку, не забывая стрелять глазами в декольте, а вот Шумский с удивлением смотрел в сторону ящика и уже было раскрыл рот.
- Иван Алексеевич, - негромко произнесла Анна.
- Да, Анна Викторовна? - оправившись от изумления, откликнулся кирасир.
- Проводите меня к Якову Платоновичу, пожалуйста.
Анна поблагодарила подавшего накидку солдата, а затем любезно распрощалась с остальными.
- С огромным удовольствием буду смотреть фейерверк, господа. Всего вам доброго.
Спускаясь под руку с Шумским, Анна не смогла не поддразнить: - Иван Алексеевич, вы как будто язык проглотили. Что случилось?
- Анна Викторовна, мне показалось, или ваш дядя?.. Он... Как бы это сказать...
- Не волнуйтесь, Иван Алексеевич. Это ради блага Отечества, - улыбнулась девушка.
...
- Яков, мы достали фейерверки! - азартно воскликнула Анна при встрече в условленном месте.
- Здравствуйте, - почему-то покраснев, произнесла она, глядя на высокого блондина.
Штольман представил своих спутников и несколько холодно пожал руку Шумскому, переведя затем вопросительный взгляд на Анну.
- Иван Алексеевич тоже участвовал, - подтвердила девушка. - Яков, я ему рассказала. Ты ведь не против? Можно ему с нами?
Сыщик знал, что кирасиры его Величества устраивали для гостей представление, и то, что Анна встретилась со старым знакомым, его не удивило. Вот от участия Шумского в операции Штольман, может, и отказался бы, но Анна смотрела просительно, а физическая сила и выучка молодого офицера действительно могли сослужить службу.
- Идёмте, господа, - сказал Яков, беря жену за руку. - До фейерверка остаётся совсем немного, и нам просто необходимо успеть.
...
Всё чуть было не испортил посыльный из дворца. Вовремя перехваченный агентами, он сообщил, что Великого князя Алексея Александровича изволит видеть Его Императорское Величество, и с этим шутить не стоит. Штольман ответил, что адмирал занят, и рекомендовал вернуться позже, а когда посыльный заартачился, велел его проводить.
- К едреням, - губами изобразил понятливый Плетнёв.
Оценив решительные лица окруживших его агентов, посыльный пригрозил доложить обо всём Императору и удалился, а Яков с армейским биноклем вернулся к Китайскому театру, из-за угла которого хорошо была видна группа моряков.
Через минуту Штольман убедился, что один из тех офицеров, что указала Анна, слишком нервничает, и быстро вернулся к своим. Место и обстоятельства были идеальными. Взглянув на брегет, Яков обратился к спутникам:
- Господа, до фейерверка еще есть время, но мы ждать не будем. Знаменский, вон с той стороны найдите пригорок и с его края запустите шутихи.
- Одну за другой через 20 секунд, - подсказала Анна. - Так говорил канонир.
- Благодарю, госпожа Штольман, - улыбнулся Яков.
- Владимир, будьте осторожны с шутихами. Господин Шумский, если изволите нам помочь, можете прямо сейчас подойти к офицерам свиты, поговорить о чем-то, но не с теми двумя, и быть наготове. В вашей форме они вас не заподозрят.
Форма Собственного Его Императорского Величества пехотного полка не подходила для праздника, но её цвет в парке был почти незаметен.
Кирасир решительно кивнул, а Петр Иванович заявил:
- Я тоже готов помочь! Кстати, я неплохо владею ножом.
Вытащив из кармана нож, он несколько раз ловко подбросил его в воздух.
- Хорошо, ступайте, - согласился сыщик. - Только бога ради, Петр Иванович, не участвуйте в схватке, мы сами справимся. Вашей задачей будет страховка господина Шумского.
- После первого выстрела подозреваемые должны как-то выдать себя, поэтому внимательно за ними наблюдаем, - продолжил он. - После второго, если мы не ошибаемся, один из них кинется к адмиралу. Наше дело - схватить его с поличным. Всем ясно?
- Да, - нестройно подтвердили мужчины.
Когда Миронов и Шумский ушли, Яков взглянул на жену.
- Анна Викторовна, - сказал он тихо, - вы идете со мной.
- Хорошо, - кивнула девушка.
"И от меня никуда!" - глазами приказал Штольман.
"Никуда", - согласилась она.
Помедлив мгновение, он решил, что пора действовать.
- Знаменский, ступайте, у вас одна минута. Остальные, подбирайтесь как можно ближе к морякам, но так, чтобы вас было не видно. Я буду на аллее, если вдруг подозреваемые побегут туда. Начинаем.
- Погодите! - воскликнула Анна. - Господин Знаменский тоже может участвовать в задержании!
Шепнув что-то на ухо Якову, она отступила на шаг.
- Точно? - усомнился сыщик.
В воздухе запахло серой. Штольман усмехнулся.
- Хорошо. Владимир, оставьте шутихи здесь и идите со всеми.
Дождавшись, пока охранка растворится в кустах, он взял жену под локоть.
- Идем, Анечка. Прости, но у нас с тобой самая безопасная часть.
Она высвободила руку, поцеловала мужа в губы и ответила: - А вот это меня полностью устраивает. Кстати, тебе очень идет эта форма.
...
Через три минуты всё было кончено, причём именно так, как предполагал Штольман. Заговорщиков подвел собственный план - после первого залпа один из них дёрнулся, проверил брегет, обменялся взглядом с напарником, а когда раздался второй выстрел и все глазели на рассыпавшиеся искры, боком подобрался к Великому князю. Но на страже было столько защитников, что шансов у несостоявшегося убийцы не осталось.
До этого беспечно смотревший в небо Шумский резко ударил офицера ногой в колено, руку с ножом с разбега схватил Знаменский, выскочивший с другой стороны Плетнёв телом заслонил адмирала. Когда заговорщика уложили носом в траву, Пётр Иванович бестрепетно взвесил в руке собственный нож и метнул его в спину второго заговорщика, удалявшегося в кусты.
...
Алексей Александрович с недоумением смотрел на распростертое у ног тело.
- Николай Матвеевич, почему военно-морского офицера бьют какие-то сухопутные? - обратился он к высокопоставленному спутнику.
Вице-адмирал сделал шаг к телу. То же сделала пришедшая в себя адмиральская свита, и теперь вокруг оперативников стояла угрожающая толпа. Плетнёв глазами показал Шумскому уходить, и тот благоразумно отступил к аллее.
- Кто среди вас старший, господа? - властно спросил Чихачев.
Он ткнул пальцем в скромные погоны Знаменского. - Вы, господин фельдфебель? Как вы посмели напасть на офицера? Приказываю вам отпустить его!
Новичок в общении с сильными мира сего, Владимир посмотрел на Плетнева. Тот поднял с земли задержанного, сковал его запястья наручниками, передал коллегам и только затем доложился по форме:
- Штабс-капитан Плетнев, ваше превосходительство, собственная Его Императорского Величества охранная служба. Этот господин намеревался совершить покушение на Его Сиятельство.
- Варфоломеевские? - спросил Его Сиятельство.
- Так точно.
- Почему в пехотной форме?
- Маскировка, - развел руками Николай.
Алексей Александрович хмыкнул и взглянул в глаза преступнику.
- Как зовут?
Арестованный угрюмо молчал.
- Кто это? - спросил адмирал, обращаясь к начальнику своего министерства.
- Мичман Дивеев, - ответил Чихачев, - взят в Главный штаб по протекции отца, полковника адмиралтейства.
- Господа, забирайте мичмана, - велел он свите.
- Штабс-капитан, можете быть свободны. Мы сами разберемся.
Заколебавшись, Плетнев взглянул назад и с облегчением выдохнул. Со стороны аллеи подходил Штольман.
...
Заминка в появлении сыщика была связана со вторым заговорщиком - необходимо было проверить, что рана его неопасна для жизни, убедиться, что он в надежных руках подоспевшего агента. За это время Яков издали оценил ситуацию и понял, что моряки решили своих не выдавать. Подойдя к адмиралам и представившись, он твердо произнес:
- Ваше Сиятельство, предотвращен заговор против Императорской семьи. Этот господин, впрочем, как и тот, - указал он на второго офицера, - действовали по заданию британской разведки. О деталях я бы предпочел здесь не распространяться.
- Господин надворный советник, я же сказал, мы сами разберемся, - настаивал вице-адмирал. - Это дело военно-морского министерства, а не охранки. Вы и ваши люди свободны.
- Нет, ваше превосходительство, - выпятил подбородок Штольман.
- Да как вы смеете? - повысил голос Чихачев.
...
Великому князю вдруг попался на глаза лежавший на земле кортик.
- Николай Матвеевич, погодите, - Алексей поднял с земли оружие.
- Меня что, хотели... - на мгновение он ощутил страх, тут же сменившийся изумлением, - убить?
Алексей Александрович был смелым человеком. Он побывал во множестве морских походов, терпел крушения, охотился на бизонов в Северной Америке, но все это было довольно давно. Осознание смерти, только что подошедшей так близко, чрезвычайно его огорошило. Справившись с этим чувством, он поднял глаза на представителя охранки.
- Господин Штольман, я хотел бы знать, чего избежал.
Испросив позволения поговорить наедине, тот отвел Великого князя в сторону и поведал немного больше о заговоре, раскрытом охранной службой, а также попросил не распространяться об инциденте.
О предательстве князя Разумовского Алексей уже знал, но слова о планировавшемся на него покушении вновь вывели его из колеи. С трудом отрешившись от мыслей о смерти, он снял с пальца перстень.
- Господин надворный советник, прошу принять в знак благодарности за мое спасение.
На губы советника легла едва заметная усмешка.
- Служу Отечеству, Ваше сиятельство.
Брат императора обладал исполинским ростом, но сейчас Алексею показалось, что стоящий перед ним еще выше. Силой вложив в руку Штольмана перстень с драгоценным камнем, Великий князь сказал:
- Обратите в деньги и распределите между вашими людьми. Я слышал о вас от Варфоломеева. Он рекомендовал вас как умного и способного следователя, обладающего и другими талантами, и сейчас я вижу, как он был прав.
- Благодарю, Ваше сиятельство, - склонив голову, произнес сыщик.
- Перед началом операции явился посыльный от государя императора. Вас ожидают во дворце. Разрешите идти?
Великий князь пожал ему руку.
- Я прикажу офицерам молчать о происшедшем, это и в наших интересах. Идите, господин Штольман. Надеюсь, мы еще встретимся.
...
- Анна Викторовна! - окликнул поручик грустившую на скамейке девушку.
- Всё прошло благополучно, Великий князь жив, негодяи арестованы. Ваш дядя был на высоте!
- Спасибо, Иван Алексеевич, - оживилась она. - А где он, и где Яков Платонович?
- Остались беседовать с Великим князем. Вы позволите мне сопровождать вас, пока ваш супруг занят?
- Разумеется!
От облегчения, что всё закончилось, Анна закружилась по аллее. Поймав восхищенный взгляд Шумского, девушка остановилась. И вести себя так свободно негоже, она же замужняя дама, и Ивана не стоит дразнить. Он очень хороший человек, жаль, что не...
Она оборвала себя. Ничего ей не жаль. Она любит Яшу, он лучше всех на свете, и больше ей никто не нужен.
- Спасибо, голубушка, - прозвучал рядом тихий голос. - Вы могли бы оказать еще одну услугу?
Повернувшись к духу женщины, Анна согласно кивнула.
- Дело в том что Саша... то есть император Александр, мой муж, очень любил Царское Cело, и здесь мы с ним провели чудесные годы. Когда я только приехала в Россию, я была такой же беззаботной, как вы, моя дорогая.
Госпожа Штольман смутилась.
- Простите, что я так бурно обрадовалась...
- Что вы, не извиняйтесь, в вашем возрасте это позволительно. Так вот, мне было семнадцать, и жизнь была прекрасна. Как-то раз мы с Сашей гуляли неподалеку. Я спрятала свое колье, доставшееся от бабушки Амалии, и попросила Сашу его найти. Мы бегали по всему парку. Мне было так хорошо...
Углубившись в воспоминания, Мария Александровна ненадолго замолчала. Шумский подошёл ближе, и Анна прижала палец к губам, призывая не мешать.
- Но за играми я забыла, где спрятала колье, и только сейчас, глядя на вас, на вашу молодость, вспомнила, - покойная императрица улыбнулась, и Анна поняла, какой непосредственной девчонкой была та пятьдесят лет назад.
- Я его в дупло дуба у Верхних прудов закинула. Правда, оно высоко. Идемте.
Анна попыталась высмотреть фигуру Штольмана у дальних кустов, но никого не увидела.
- Иван Алексеевич, - спросила она, - вы подсадите меня на дерево, если потребуется?
Глаза кирасира вновь округлились. Раздался залп, и в чистом вечернем небе расцвел третий фейерверк.
...
Надворный советник в форме пехотного капитана быстро шёл по аллее. Рядом едва поспевал Пётр Иванович. Он был чрезвычайно горд своим участием в операции, но видел, что сейчас Штольмана волнует отнюдь не она.
- Не переживайте так, Яков Платонович, с Анной точно всё в порядке, - сквозь грохот шутихи успокоил он зятя.
- Я видел, как к ней подошёл Шумский, а он вполне осведомлён о характере нашей Аннет и не позволит ей...
Внезапно Пётр закашлялся.
Резко остановившись, Яков посмотрел туда же, куда смотрел Миронов. У одного из дубов, росших в парке с незапамятных времён, стоял бравый кирасир. На плече он держал госпожу Штольман, придерживая её за пышное бедро.
Сыщик скрипнул зубами.
- Я думаю, что они... - Петр Иванович попытался придумать разумную причину странной мизансцены, но воображение ему отказало.
В этот момент Анна по локоть запустила руку в дупло, пошарила там и победно улыбнулась.
- Яков! - обрадованно вскрикнула она, увидев Штольмана.
- Иван Алексеевич, подержите.
Она пересыпала поручику какие-то шарики, затем ещё и ещё, и наконец попросила:
- Можете, пожалуйста, меня опустить?
Шумский осторожно спустил девушку на землю, передал ей что-то и убрал руки за спину. Анна бросилась к мужу. Добежав, она устремила на него сияющий взгляд.
- Яша, я нашла бриллианты из колье Марии Александровны! Правда, они красивые?
На ладони её лежали невообразимо грязные камни, никак на бриллианты не походившие. Разве что остатки застёжки говорили о том, что когда-то это было колье.
- Очень, - пробормотал Штольман, снимая с декольте возлюбленной дубовые листья.
- Аня, сейчас на площади у дворца будут танцы. Мне надо к начальству, но позже я постараюсь найти тебя там.
- И ты не будешь возражать, если я потанцую с господином поручиком? - лукаво спросила она.
- Только попробуй, - грозным шёпотом произнёс он, но глаза его смеялись.
...
Наблюдавшая за супругами Мария Александровна улыбнулась.
- Оставьте бриллианты себе, голубушка, - шепнула она. - Вы достойны сокровищ древних королей.