К удивлению Анны муж спал довольно крепко, хотя при этом ни разу не выпустил её из рук. В середине ночи она решила, что уже можно выбраться из его объятий, и только тут он проснулся. Не открывая глаз, он выдохнул:
- Не уходи.
Анна придвинулась обратно.
- Не уйду, Яшенька. Я всегда буду с тобой и всегда тебя вылечу, - прошептала она неслышно.
Но он, похоже, услышал. Лицо его расслабилось и стало совсем молодым. Счастливо вздохнув, он огладил её по груди, а затем повернулся на другой бок и пробормотал: - Всегда. Люби всегда.
Анна улыбнулась. Только что её несгибаемый Штольман признался, что нуждается в её любви.
...
Под утро Анна проснулась от знакомого ощущения холода. В углу спальни кто-то стоял. Различив рыжие волосы, девушка тихо охнула.
- Яша, - прошептала она, потянув супруга за плечо, - тут Уваков!
Штольман спросонья схватился за лежавший в тумбочке револьвер, огляделся, понял, в чем дело, и взял Анну за руку.
- Чего он хочет?
- Не знаю, - поежилась девушка. - У него тоже револьвер.
- Он что, может выстрелить?
- Не знаю... Не думаю.
- Госпожа медиум, какое неглиже! - глумливо воскликнул дух полицейского.
Она сжала воротничок ночной рубашки.
Яков укрыл Анну одеялом от пяток до подбородка, крепко обвил руками и спросил: - Хамит?
Уваков тем временем продолжал изливать яд: - Теперь я точно знаю, как господин коллежский советник получил свой чин, а вдобавок должность в Париже. Великий князь Алексей вдали от графини Богарне соскучился по женскому телу, а тут как раз вы! Такую красотку грех не пощупать!
- О чем вы, Илья Петрович? - сухо спросила Анна. - Я вас не понимаю.
- Подложил вас Штольман под Алексея и не поморщился, вот о чем! Как за такое не отблагодарить?
Физиономия Ильи Петровича была перекошена. Продолжая изрыгать непристойности, он подошел к постели.
Анна вжалась в мужа, а тот рявкнул:
- Уваков, убирайтесь в ад!
Полицейский оскалился в страшной гримасе.
- Нет уж, лизоблюд, я подожду, пока тебя кто-нибудь пристрелит, и только тогда уйду! Это ты заманил меня в ловушку с кораблем и в нужный момент обрушил дом! Но тебе недолго осталось!
Откуда-то сбоку в спальню вплыл дух химика.
- Вообще-то это я обрушил дом, - довольно произнес он. - Девочка подсказала, когда именно стрелять, и всё получилось как надо. Вам понравилось?
- Это еще кто? - изумился Уваков. - А, вы же Браун, химик, погибший в Затонске. Что, это действительно сделали вы?
Англичанин гордо кивнул.
- И вы смогли выстрелить из пушки?
На мгновение задумавшись, Уваков вдруг ухмыльнулся.
- Значит, и я так смогу. Какая чудесная новость! С вами, Браун, я разберусь позже, но вы подали мне мысль.
Он вскинул револьвер.
- Штольман, выходи. Хватит прятаться за юбкой!
Белым лебедем Анна раскинула руки и крикнула: - Убирайтесь, иначе я сама вас изгоню!
Полицейский прицелился, она взвизгнула. Револьвер в его ладони дернулся и, мгновенно побледнев, госпожа Штольман осела на руки мужа.
Дух Увакова захохотал.
...
- Аня! - тормошил её Яков. - Аня, Анечка! Аня, очнись!
- Пётр Иванович! - закричал он, не жалея лёгких.
Ужасные предположения возникали в голове Штольмана одно за другим, но всех их он отбрасывал. Анна должна очнуться.
Она открыла глаза. Взгляд её был потерянным.
- Яша, что случилось? Почему ты кричишь? - прошептала она.
Он сжал её в объятиях. - Ты увидела дух Увакова, говорила с ним, а потом упала в обморок. Это из-за него тебе стало плохо? Как ты себя чувствуешь?
- Кажется, хорошо... Пусти, пожалуйста.
Она сползла с кровати и огляделась.
- А где Уваков?
- Надеюсь, в морге. С тобой точно всё в порядке? Сейчас помогу тебе одеться и поедем в больницу, пусть тебя осмотрят.
Анна растерянно оглядела свою грудь.
- Не надо, Яша. Мне просто показалось... Ох...
- Что такое?
Огладив живот, девушка сказала: - Мне показалось, что он в меня выстрелил.
Штольман укоризненно покачал головой. Он видел, как перед тем, как потерять сознание, Анна широко раскинула руки. Она что, закрывала его собой?
Он заиграл желваками, но просить любимую не защищать его от опасностей было бесполезно.
- Уваков промахнулся?
Она вздрогнула. - Я не поняла. Он нажал на курок, это я видела абсолютно точно, но...
Наклонив голову, Анна уставилась в угол и замерла. Через минуту лицо ее прояснилось.
- Гордон говорит, что узнавал у... того, кому подчиняется. Этот полицейский не мог никого застрелить, я зря испугалась. Оказывается, дар действовать в нашем мире дух получает крайне редко, и в основном при условии, что он мог, но не успел выполнить какую-то важную миссию. Дух Увакова уже ушел. Он больше не будет нас беспокоить.
- Это прекрасно. Но какую же миссию не выполнил господин Браун? - поинтересовался Штольман. - Мне казалось, мир вполне обойдется без его смертельного газа.
Анна выслушала ответ Брауна и захихикала.
- Не думаю, Гордон, - возразила она. - Яков Платонович точно будет против.
Перемена в её настроении была такой заразительной, что Яков тоже улыбнулся. Он был счастлив видеть такую Анну - неуверенность из её глаз ушла, а на щеке появилась его любимая ямочка.
- Яша, он говорит, что поначалу неверно определил свою миссию, - сдерживая смех, пробормотала девушка.
- Теперь он мирный ученый, и если я захочу, он станет моим научным руководителем. Тогда я буду постоянно работать с ним, и мы изобретем новый усыпляющий газ для наркоза. Эфир, хлороформ и закись азота - это все прошлое, у него есть мысли насчет этого газа, и ему не терпится приступить к опытам. Ты на такое согласен?
Представив, что именно Анна и их дети почерпнут от такого "научного руководителя", Яков ужаснулся. Хотя еще недавно Анна хотела стать шпионкой, и возможно, эксперименты - меньшее из зол?
Вслух же Штольман произнес: - Давай обсудим это позже. Сейчас надо ехать в больницу.
- Не хочу! - заупрямилась Анна. - Со мной всё в порядке. Ой, нет, конечно, поедем - тебе же ногу надо перевязать!
- Предлагаю компромисс, - вновь улыбнулся Яков.
- Я перевязываю тебя здесь?
- Нет, - он подхватил её на руки и вернул в постель, стараясь при этом не морщиться от боли.
- Немного полежи, а затем мы поедем в больницу вместе.
...
Успокоив прибежавшего Петра Ивановича, супруги через некоторое время оделись, позавтракали, поблагодарили хозяйку дома и уехали в Мариинскую больницу. Осмотр Анны не выявил ничего плохого, и под ее нажимом Штольман позволил перевязать себя в другом корпусе. Затем сыщик препоручил жену заботам дяди, сам же отправился на Гороховую. После смерти Увакова нужно было сделать многое.
...
Во второй половине дня Штольманы вновь встретились в доме на Петербургской стороне, где их радостно приветствовал соскучившийся галчонок. Во дворе ждал Голубицкий, которого Яков до завтра попросил у Варфоломеева в качестве охранника. На завтра был назначен отъезд в Италию.
Стоя над вещами, часть из которых нужно было отправить в Париж, а часть взять с собой, Анна спросила: - Яша, так что же произошло на той встрече в порту?
Штольман хмыкнул. - Попозже всё расскажу.
Она помотала головой.
- Уваков хотел убить тебя там, и хотел, когда приходил духом. Пусть он умер, но высокий, что был с ним, убежал. Ничего ещё не закончено.
Взгляд Анны был серьёзен.
- Яков, мне надо это знать сейчас. А что с магнетизерами? Вы нашли их главного, кроме Магистра?
Вздохнув, сыщик решил, что Анна права и рассказ лучше не откладывать. Дай бог, чтобы в путешествии и во Франции их не преследовали старые знакомые, но о возможных неприятностях Анне надо знать.
- У меня есть теория с некоторыми предположениями, но в основном я в ней уверен.
Травмированная голень дала о себе знать, он поморщился. Тут же Анна села и похлопала по дивану рядом с собой.
- Прости, Яша, у тебя же нога болит. Ложись.
Яков улыбнулся. Когда ему было больно, забота о нем становилась главным приоритетом Анны. Улегшись на диване, он положил голову ей на колени.
- До сих пор у меня были только отдельные догадки, но сегодня ночью Варфоломеев допросил Борисова из полиции - того, кто следил за мной вчера, а днём наконец раскололся Брайт.
- Почему вдруг? - тихо спросила Анна, запуская пальцы в его шевелюру.
- Вы его допросили...
Она смешалась.
- ...как следует?
- Нет. Мы показали ему тело Увакова, и он перестал запираться.
- Извини, - Анна вздохнула.
Штольман тоже не хотел вспоминать о резких словах жены после смерти князя, поэтому просто продолжил:
- Мы думаем, что Брайт заговорил потому, что больше никого не осталось. Он, Блэкторн, Уваков и Разумовский работали вместе. Брайт курировал всех и имел связи среди военных, Блэкторн знал картежников, Разумовский отвечал за высший свет. Все участники получали средства через князя, доходы и расходы того всегда были большими, и мы ничего не могли доказать. Он мог себе это позволить.
- А Уваков прикрывал их со стороны полиции, и поэтому вы с Варфоломеевым так долго не могли раскрыть этот заговор?
Яков поцеловал её ладонь. - В том числе. Но со временем Уваков начал задумываться, не слишком ли дёшево продался, и начал сливать полученную информацию на сторону. Возможно, человеку по имени Кромвель - это имя называл Лассаль, когда говорил, что Разумовский подозревает в том конкурента.
- Кромвель? Ты раньше о нем не говорил.
- Я о многом тебе не говорил, Аня, - вздохнул он, расстегивая пуговки на её блузке. - И ты не делись этим знанием ни с кем, даже с дядей.
- Хорошо, - кивнула Анна. - Всё же начиналось с того англичанина Лоуренса? Чем он занимался?
- Мы думаем, что несколько лет назад заговор начали он и Разумовский. Полковник Лоуренс занимался стратегией и общим планированием, потом присоединился Брайт и другие. Затем они что-то не поделили, Лоуренс стал готовить свое отступление, появилась синяя тетрадь. А затем полковника убили. Думаю, к этому приложил руку князь.
Она вздрогнула. - Разумовский убил Лоуренса?
- Вряд ли сам, не стал бы он мараться. Это мог быть Жан или другой исполнитель, которого затем устранили.
- Ох... Это же какие-то пауки в банке!
- Это точно, - согласился Штольман.
- Там никто никому не доверял. Брайт был уверен, что Разумовский принимает участие в заговоре только для того, чтобы пощекотать себе нервы - деньги князю были не нужны, а верности Британии в нем не было ни на йоту. Поэтому, когда в дело вступили люди Гроховского, британская клика через Увакова узнала, что мы ищем князя, и решила нас опередить. Тот знал слишком много. Они думали, что ради игры Разумовский может стать двойным агентом.
- Уваков сам вызвался?
Яков усмехнулся. - Нет, но он охотно согласился, а вдобавок придумал, как подставить меня. По словам Лассаля князь подозревал кого-то из своих, и этим человеком, похоже, был Илья Петрович. Поэтому у того были к князю личные счёты. В этом выводе я уверен, ведь Уваков убрал Блэкторна по той же самой причине - тот обвинил его в двойной игре.
- Откуда ты знаешь? - удивилась девушка.
- Он сам заикнулся об этом вчера, но его прервал высокий. Этот высокий - темная лошадка, про него у меня сплошные предположения. Мужчина по кличке Жердяй приходил к магнетизеру Реджису - это нам сказал Гриша, и высокий человек убил Реджиса, об этом говорят характерные следы на шее. Предположим, что высокий и есть Жердяй. Раз он убийца, он не главный, но представляет главного, возможно, именно Кромвеля, а тот связан с большой политикой. Уваков откуда-то знал Магистра и втайне от британцев привлёк его к убийству князя. По меньшей мере Брайт о магнетизерах что-то слышал, но дела с ними не имел. Значит, помимо Брайта Уваков работал на того, кто управлял магнетизерами, а это опять след к Кромвелю.
- Как же всё запутано...
- Да уж.
Он заворчал, когда жена застегнула расстегнутую им блузку.
- Оставь. Мне так легче рассказывать.
- Я тебе воды хотела дать, - улыбнулась Анна. - Принести?
Он покачал головой и вновь поддел пуговку.
- Яша, ты маньяк, - ласково произнесла Анна. - Ты был таким закрытым в Затонске. Я и подумать не могла, что ты такой любитель...
- Тебя, - подсказал Штольман. - Я очень люблю тебя. Ты лучшее, что случилось в моей жизни.
Щеки её порозовели.
- Расскажешь, как ты довёл Увакова до жажды убийства?
- Он злился на меня, считал, что я пользовался бесчестными методами в некоем нашем личном соревновании. Я нашёл Разумовского раньше него. Меня не посадили по обвинению в убийстве князя. Я довольно быстро разобрался с твоей мнимой сестрой Аленой.
- Это тоже придумал Уваков? Но зачем?
Растопыренными пальцами Анна провела по волосам на его затылке. Это было так приятно, что Яков закрыл глаза.
- Он знал, что этим делом плотно занимаюсь я, и решил вывести меня из игры, поскольку собирался забрать лавры себе. Он хотел, чтобы я не мешал ему на венчании Великого князя.
- Тот Миронов из Твери говорил про низенького мужчину с жёсткими глазами, - вспомнила Анна. - Это был Блэкторн?
- Борисов. Он всё это и рассказал. Уваков однажды наткнулся на Алену на Николаевском вокзале, а поскольку давно точил на меня зуб, решил как-нибудь этим сходством воспользоваться.
- Яша, я совсем запуталась, - призналась жена. - Какие лавры хотел забрать Уваков? Неужели он хотел предотвратить убийство Алексея Александровича?
- Конечно, нет. С помощью Магистра он обработал того молодого идиота, хорунжего Чарского. Магнетизер внушил казаку, что его любит принцесса Александра, убедил застрелить её супруга. Чарский согласился, но на револьвере Магистр, похоже, не настаивал, и хорунжий решил бросить бомбу. Героем он бы не стал в любом случае - Уваков собирался арестовать его с помпой и тем самым добавить себе очков перед начальством, одновременно отвлекая внимание от покушения на адмирала флота.
Сам отвлекшись на удовольствие от нежной руки, Яков замолчал, затем глубоко вздохнул и продолжил: - На смерть члена царской фамилии и начальника Российского флота, пусть и номинального, у британцев были большие планы, а Уваков очень хотел в Париж. Но тут вмешалась ты, и у заговорщиков ничего не вышло.
- Не вышло, - Анна погладила Штольмана по скуле.
- Кто же сообщил Увакову о твоем назначении в Париж?
- В этом секрета не было, это мог сказать Дурново. Варфоломеев его пока, - он усмехнулся, - не подозревает.
- А от морских офицеров, что хотели убить адмирала, вы что-то узнали?
Подняв руку, Яков отвел завиток с лица Анны и прикоснулся к её губам.
- Ими занимался не я. Хватит о негодяях, Анечка, поцелуй меня.
Она хихикнула. - Я так не согнусь.
Штольман с готовностью сдвинулся на диване. Анна вытянулась рядом и осторожно поцеловала в уголок губ.
- Яша, ты весь в синяках, - пожаловалась она. - Куда тебя поцеловать, чтобы не было больно?
Яков облизнулся. - Уверена, что послушаешь?
Анна кивнула.
И он посоветовал.