У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
-->

Перекресток миров

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Розовое небо Глава 8

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Розовое небо      Глава 8         На выставке

     В последнее воскресенье октября 1957 года в ЦДСА была открыта ежегодная отчетная выставка военных художников Студии имени Грекова. На ее открытие ожидался приезд наиболее значимых гостей из Министерства Обороны, из Главного Политического Управления, из Союза художников СССР, не говоря уже о представителях многих художественных музеев страны, журналистах, искусствоведах, московских коллекционерах  и, конечно, родственников и друзей грековцев.

     Всё большое семейство Штольманов приехало, чтобы поддержать Александра, который представил на выставку большую картину "Перед полетом" и два пейзажа, написанных этой весной. Волнение художника передалось и всем членам семьи, но каждый переживал его по-своему. Больше всех волновалась Татьяна. Она бесконтрольно поправляла своё строгое черное платье, словно разглаживала невидимые никому складки и швы.
Аннушка, как настоящий военврач, внешне никак не проявляла своего волнения, убрала руки за спину, улыбалась, но при этом слегка покачивалась на высоких каблуках. Машенька накручивала на палец прядку волос из растрепавшейся прически.

     Чтобы немного снять напряжение, Маша заговорила с Аннушкой о последствиях покушения на Штольмана.

     - А где Ульяна Петровна? Если её уже выписали из больницы, она ведь обязательно придет, верно?

     - Нет, Машенька, она не придет. Мы с Виктором вчера проводили ее в Новосибирск. Она теперь главный редактор журнала "Огни Сибири", - грустно вздохнула Анна, - уехала, как когда-то уехал от Анны Викторовны мой отец. Виктор очень за нее переживает, как она там будет одна в незнакомом городе...

     - Мы ей очень благодарны за спасение Анечки, она теперь для нас родной человек, еще один член нашей семьи, - Анна закусила губы, чтобы удержаться от слез, - Виктор добился ее перевода из городской больницы в госпиталь Бурденко, навещал через день, надоедал всем врачам своими вопросами и даже мне не доверял, когда я пыталась убедить его, что Ульяне Петровне просто повезло, и она минимально пострадала.

     - Я знаю, он считает, что это мама её оберегала и не позволила машине переломать ей ноги... Как странно развивались там события, будто бы злой дух той старухи-шпионки гнал машину на Анечку, а Ульяна Петровна и мама с ней боролись, - Маша глубоко вздохнула и покачала головой.

     - Мне тоже очень жаль, что она уехала. А может быть, это и к лучшему? Встретит там хорошего человека... и устроит свою личную жизнь, - с сомнением предположила Анна, сама не веря в то, что говорит.

     Мужчины держались спокойнее и строже, ведь на них была военная форма. Александр надевал форму только по особо торжественным случаям, сегодня как раз был один из таких дней. На левой стороне его кителя поблескивали четыре медали и первой из них была самая скромная и самая дорогая - медаль "За Отвагу". На Викторе военная форма сидела как влитая, на левой стороне её украшали три ряда колодок медалей, а выше медалей - два ордена Боевого Красного Знамени. Высокие, стройные, с густыми вьющимися волосами и выразительными лицами, настоящие мужчины! Штольмановская порода!     

     Первыми приехал генерал-полковник Желтов, начальник Главного Политического Управления, его сопровождал полковник Ветров, отвечающий за "творческую интеллигенцию в погонах" и еще несколько офицеров - специалистов по "культуре". Желтов оказался высоким мужчиной атлетического телосложения, с такими широкими плечами, что посаженная на них довольно крупная голова все равно казалось маленькой. Он был подстрижен ёжиком, и на его грубоватом лице резко выделялись умные, острые глаза.

     Разногласия у Александра Яковлевича с ГЛАВПУРом не закончились, и на выставке обе конфликтующие стороны были готовы дать бой. Первым бросился в атаку полковник Ветров. Он встал напротив картины "Перед полетом", вытянул вперед руку и довольно громко, чтобы привлечь внимание к своим словам не только начальника, но и всех присутствующих в зале, торжественно заговорил:

      - Должен отметить, Алексей Сергеевич, что наша серьезная критика пошла художнику Штольману на пользу и получилась неплохая картина, только взгляд у летчика все-таки слишком ... - Ветров помялся, -слишком мечтательный.

     Как только полковник Ветров начал произносить заготовленную речь, Виктор Яковлевич тоже сделал несколько шагов ему навстречу, опущенные вниз ладони сжались в кулаки, и он уже был готов высказать свое мнение.

     - Почему неплохая? Вы, уважаемый товарищ полковник, ошибаетесь - очень хорошая картина! Главное для художника - передача характера человека, а Штольман справился с этой задачей успешно, - прервал Ветрова подошедший к картине пожилой мужчина плотного телосложения с пронзительным взглядом глубоко посаженных глаз и той особой осанкой, которая позволяла ему всегда держаться с большим достоинством.

     По залу пронесся шепот: "Корин, Корин". Генерал-полковник Желтов нахмурился, автора широко известного портрета маршала Жукова он знал в лицо. На Корина ему часто указывал Хрущев, считавший портрет Жукова, написанный в 1945, преувеличенно восхваляющим маршала Победы.

     Строгий облик и суровая внешность известного художника заставили Ветрова отступить от картины, убрать руки за спину и замолчать.

     - Образ летчика отражает его сдержанную, энергичную натуру и одновременно восприимчивую к светлым и тонким впечатлениям. На мой взгляд художник обладает смелостью, да,да, большой смелостью, - уверенно повторил Павел Дмитриевич,- раскрывать всю сложность человеческой личности. Я так не могу писать, у меня другой склад художника, но талантливые работы, где представлены люди большой силы и убежденности, но не фанатики, а скорее романтики, я высоко ценю. И не только я, а и весь Союз художников СССР. Поздравляю вас с прекрасной работой! - Корин неторопливо подошел к Александру Штольману и пожал ему руку. Виктор Яковлевич передохнул и заулыбался, отступая в сторону.

     В зале послушался одобрительный шум и негромкие аплодисменты. Начальник ГЛАВПУРа мгновенно уловил настроение зала и закивал головой в знак согласия с Павлом Дмитриевичем Кориным.

     - Картина хорошая, и главное, отвечает требованиям современного момента. После запуска первого спутника 4 октября летчик вполне может мечтать о полете в космос.

    Когда Корин и еще несколько известных художников перешли в другой зал, генерал-полковник Желтов поманил к себе своего подчиненного и что-то тихо сказал ему на ухо. Полковник Ветров приосанился, победно посмотрел на посетителей выставки и направился к двум пейзажам, висевшим рядом с большой картиной. Как всякий близорукий человек он рассматривал их очень близко, чуть ли не водя носом по холсту.

     - А вот эти, с вашего позволения, произведения искусства написаны очень небрежно - мазки грубые, не аккуратные... Да и какой смысл писать одну природу, где нет человека. Не понимаю, в чем смысл работы?

     - А природу не всем дано понимать, а вот любить ее могут все, - совершенно неожиданно прозвучал негромкий, но властный голос, - а вы товарищ полковник... - подошедший маршал Конев сделал паузу.

     Посетители выставки так внимательно наблюдали за намечающимся скандалом, что никто и не заметил, как заместитель министра обороны маршал Конев вошел в зал под руку с молодой симпатичной женщиной.

     - Полковник Ветров, товарищ маршал, - едва справился с волнением помощник Желтова.

     - А вы природу любите, товарищ Ветров? - и не дожидаясь ответа, Конев продолжил, - любовь к природе - важная часть души нашего советского человека, верно Алексей Сергеевич? - Конев повернулся к начальнику ГЛАВПУРа и пожал ему руку.

     - Знакомьтесь, Алексей Сергеевич, - представил он Желтову свою спутницу, - моя старшая дочь Майя. Вот заставила меня встать ни свет, ни заря в воскресенье и поехать на выставку, чтобы посмотреть на пейзажи одного талантливого художника, который пишет не хуже французских импрессионистов. Эти пейзажи, что ли, - обратился он к дочери, указывая на работы Александра.

     - Я надеюсь, что прежде чем судить об этих пейзажах, вы, товарищ полковник, познакомились с творчеством хотя бы таких известных импрессионистов, как Клод Моне, например, - обратилась  к Ветрову дочь маршала, - Его называли выдающимся мазилкой, какой-то французский критик тех лет даже писал с возмущением, что творить подобное безобразие способен лишь коммунар! А ведь именно Моне сумел запечатлеть на своих холстах мимолетность и неуловимость самой природы!

     - Художник, создавший эти пейзажи, развивает немного другое направление мирового импрессионизма, которое принято называть "Русским импрессионизмом", но его работы отличаются от творений других русских художников этого течения в живописи. На мой взгляд, они даже лучше! - поставленным голосом экскурсовода объясняла Майя Ивановна, - и не видеть этого может только человек, ничего не понимающий в живописи...

     - Во как! - улыбнулся маршал, - а вы, полковник Ветров, тоже искусствовед как и моя дочь? - и без всякого перехода спросил опустившего голову "ценителя культуры" - На каком фронте воевали, товарищ полковник?

     - Я служил помощником члена Военного Совета Главного Командования 3-его Украинского фронта.

     - Надо же... Мы воевали, а вы служили ... Чувствуете разницу, товарищ генерал-полковник? - обратился Конев к Желтову, - Кого же вы подбираете для работы в наших политорганах? Прошло всего-то 12 лет после окончания войны, неужели все настоящие политруки умерли от ран или были отправлены в отставку?

     - Извините, товарищ маршал, я не точный глагол употребил, - стал оправдываться побледневший Ветров.

     - Третий Украинский? Это у Хрущева, что ли? - продолжал издеваться Конев, - Жалко, что не встречал вас там, вот Желтова у Хрущева я видел постоянно, верно, товарищ генерал-полковник?

     Начальник ГЛАВПУРа не смутился и, как ни в чем не бывало, стал рассказывать, что он тоже любит природу, особенно зимой.

     - Я в свое время держал в Академии Фрунзе первое место по многоборью и лыжам - не забыл упомянуть он с гордостью человека, с удовольствием занимающегося спортом, - и до сих пор регулярно, когда есть возможность, встаю рано утром и до начала работы хожу на лыжах, но вот розового неба, как на этих пейзажах, никогда не видел.

     - А это, товарищ Желтов, потому, что вы все время смотрите вниз. Вы же лыжник?- и получив утвердительный кивок генерал-полковника, маршал Конев продолжил, - вниз смотрите, боитесь с проложенной лыжни съехать, можно ведь и на кочку наехать или даже лыжу сломать, - в глазах Конева блеснула то ли издевка, то ли предостережение.

     - А я вот рыбачить люблю, закину удочку и не на поплавок смотрю, а вокруг себя или еще лучше - на небо. И я много раз видел такие вот розовые облака на небе. Красота! Это большой талант надо иметь, чтобы природу так бережно чувствовать и так тонко изображать. Молодец художник!

     - А как его фамилия? - обратился он к дочери.

     - Александр Яковлевич Штольман.

     - Штольман? Herr Oberst! Так я его знаю, по 45 году знаю, военный разведчик и замечательный комендант немецкого города, - Конев поискал глазами Виктора Яковлевича, - ух, ты! Да он уже генерал-майор!

     - Здравия желаю, товарищ маршал! - подошел и поздоровался Виктор Яковлевич.
   
     - Рад, очень рад встретиться с вами, товарищ генерал, - Конев крепко пожал Штольману руку, - ваши картины?

     - Нет, товарищ маршал, моего младшего брата - заслуженного художника Студии имени Грекова, майора Штольмана Александра  Яковлевича, - старший брат кивком головы подозвал Александра.

     - Здравия желанию, товарищ маршал! Разрешите представиться...

     - Ладно, ладно, - остановил Александра Иван Степанович, - ваши картины - лучшее представление. Вы заслуженный художник?

     - Так точно, товарищ маршал, Заслуженный художник СССР.

     - Где же вы подглядели такие живописные места? Не под Волоколамском ли?

     Пока маршал обсуждал с Александром природу Подмосковья, Виктор Яковлевич незаметно присматривался к Ивану Степановичу. Маршал сильно изменился, исчезли худоба, землистый цвет лица и синяки под глазами, но вместе с внешними признаками болезни ушли молодцеватость, подтянутость и властность командующего фронтом. Словно Коневу положили на плечи тяжелый груз, который ему было и тяжело, и тошно тащить, а сбросить его с себя не хватало сил и дерзости. Особенно расстроил Штольмана колючий и болезненный взгляд маршала, такого веселого и уверенного в своих силах человека в конце войны и так изменившегося сегодня. Что-то его очень напрягает и расстраивает, подумалось Виктору Ивановичу...

     Вдруг маршал повернул голову и посмотрел Виктору Яковлевичу прямо в глаза, усмехаясь одними уголками губ, словно почувствовал нелестную для себя оценку, и тут же отвел взгляд. А ведь Иван Степанович всё знал заранее, сообразил Штольман, и фамилию художника знал, и о готовящейся расправе над его творчеством знал, и о том, что он его брат... Знал и приехал спасти!

     - Какие талантливые ребята у вас в Студии имени Грекова трудятся! В правильном направлении работаете, Алексей Сергеевич - обратился маршал Конев к генерал-полковнику Желтову, - Ну, ладно, пойду с дочкой еще посмотрю выставку и порадуюсь хорошим работам.

     Вслед за маршалом Коневым покинул выставочный зал и генерал-полковник Желтов с подчиненными. На какое-то время воцарилась тишина, но то тут, то там стали собираться у картин небольшие группы посетителей, и в воздухе послышались восклицания, шутки и веселый смех. Обсуждение картин стало проходить доброжелательно, негромко и с юмором. Оживились и Штольмановские женщины, они разбрелись по залу, спокойно прислушивались к разговорам и улыбались. Машенька подошла к братьям и взяла их под руки. 
     
     - Как жалко, что наши родители не дожили до сегодняшнего дня! Они бы порадовались за тебя, Саша, - тихо сказал Виктор Яковлевич.

     - Они не ушли, они здесь, стоят у нас за спиной! - вглядываясь в только ей одной видимое пространство, ответила Машенька.
                             
                        *               *            *

     На октябрьском Пленуме ЦК КПСС  28 октября 1957 года по предложению Н.С. Хрущева министра обороны СССР маршала Г.К. Жукова вывели из состава Президиума ЦК КПСС и ЦК КПСС. 3 ноября 1957 года в "Правде" была напечатана статья за подписью заместителя министра обороны маршала И.С. Конева, в которой он подверг Жукова критике и фактически призвал снять его с поста министра обороны. Новым министром обороны был назначен маршал Р.Я. Малиновский.   

     Во время войны в 1941 году Г.К. Жуков спас И.С. Конева от расстрела после трагедии под Вязьмой. Он не побоялся защитить Конева перед Сталиным.

     По воспоминаниям младшей дочери Конева, Наталии Ивановны Коневой, отец какое-то время сопротивлялся, не хотел подписывать статью, но Хрущев пригрозил ему, что если он не подпишет, то вместе с Жуковым отправится в отставку. Конев "сдался".

     В 1960 году, через три года после той статьи, маршал Конев все же был отправлен на пенсию.

     Н.И.Конева  пишет, что два маршала помирились на праздновании семидесятилетия Конева, но в официальных мемуарах Жукова нет никаких упоминаний о их примирении.

     В 1957 году генерал-полковник Желтов А.С. был одним из самых активных участников "антижуковской" кампании, последовавшей после снятия с должности министра обороны маршала Жукова Г.К.

     В 1958 году авторитет начальника ГЛАВПУРа Желтова А.С. в войсках катастрофически упал, и он был назначен начальником Военно-Политической Академии, новым начальником ГЛАВПУРа стал генерал-полковник Голиков Ф.И., бывший начальник Военной академии бронетанковых войск.

Отредактировано Nora Brawn (26.10.2026 16:13)

+6

2

Добрый день, Нора, и спасибо Вам за новую главу! 💝💖Прочитала пару дней назад, но школьная рутина меня уже затянула, так что руки до отзыва дошли только сейчас, прошу прощения.
Вот и выставка, на которой сошлись в поединке настоящие любители искусства и придворные интриганы-ретрограды. Первые здесь и сейчас взяли верх над вторыми, а вторые отступили, но, увы, не сдались. Александр уже угодил к Ветрову и Желтову на карандаш, и я совсем не исключаю, что они ему ещё попортят немало крови. Но пока картины его нашли заслуженное признание, и это не может не радовать.
Нашла признание и полное принятие у Штольманов и спасшая Анечку Ульяна Петровна. Решение она приняла разумное, спору нет, и я вместе с Анной Михайловной надеюсь на то, что со временем она действительно сможет устроить свою жизнь - не просто устав от одиночества, а по любви или хотя бы глубокой взаимной привязанности и сродству. Понимаю, что её неразделённое чувство может оказаться слишком сильным и упрямым для такого исхода, но всё-таки надеюсь. В других вариантах всё-таки слишком много горечи.
Много горечи и в истории с Коневым, предавшим не только Жукова, но и в первую очередь себя самого.
Мне показалось, что эта история близится к завершению, но про развитие отношений Александра с Татьяной в этой главе ничего не было сказано, поэтому ждём.

+3

3

Спасибо за новую главу, Нора!

Я очень рада за Ульяну Петровну. Намного лучше уехать и жить свою жизнь, чем присаживаться на краешек чужого гнезда, даже не имея коварных планов. Я, конечно, желаю Ульяне полюбить еще раз, уже взаимно и свободного человека. Но, если новое место работы и жизни будут давать ей ощущение нужности, наполненности, радости бытия - и этого будет достаточно. К тому же, предыдущим чувством она поставила себе очень высокую планку). А "Штольманы", пусть и с другой фамилией, все-таки не слишком часто попадаются.

Хорошо, что на выставке "товарищей Огурцовых" (к/ф "Карнавальная ночь") удалось обезоружить. Хороший был ход с искусствоведом, и экскурсом в историю импрессионизма.

Как и Ира, жду новостей о семье Александра и Тани. Надеюсь, за оную борется не кто-то одна.

+3

4

Спасибо за отзыв, дорогая Ирина! Надеюсь, что дней через десять смогу ответить вам подробно. С уважением Нора

+1

5

Спасибо за отзыв, Мария Валерьевна! У меня у вам большая просьба - вы не могли бы найти и выложить портрет Жукова, написанный Кориным в 1945 году?У меня нет сейчас таких возможностей, да и не умею я этого. Если можно, это важно для понимания кто был кто и кто были его гонители.
    Еще есть мечта. В "Поездке в Теряево" и в главе "На выставке" есть описание картины Александра "Перед полетом", вот было бы здорово с помощью ИИ нарисовать эту картину.... Но это только моя мечта. С уважением Нора

+2

6

Nora Brawn написал(а):

Спасибо за отзыв, дорогая Ирина! Надеюсь, что дней через десять смогу ответить вам подробно. С уважением Нора

Дорогая Нора, выздоравливайте поскорее! Мы все ждём вашего возвращения.

+2

7

Nora Brawn написал(а):

У меня у вам большая просьба - вы не могли бы найти и выложить портрет Жукова, написанный Кориным в 1945 году?

https://upforme.ru/uploads/0012/57/91/184/t647422.jpg
П. Корин "Портрет Г. К. Жукова

Nora Brawn написал(а):

Еще есть мечта. В "Поездке в Теряево" и в главе "На выставке" есть описание картины Александра "Перед полетом", вот было бы здорово с помощью ИИ нарисовать эту картину....

Боюсь, ИИ с чистого листа не нарисует того, во что ваш герой-художник вложил столько сил и таланта. По крайней мере у меня. Будет яркая комиксная картинка, с красивым мужественным лицом манекена, перепутанными орденами и фантазийными самолетом. А главное - до невозможности пластмассовая.

Примерно вот так:

https://upforme.ru/uploads/0012/57/91/184/t363057.jpg

https://upforme.ru/uploads/0012/57/91/184/t595967.jpg
Результаты запроса "Советский летчик у самолета мечтательно смотрит в небо"

Чтобы чего-то душевного и естественного от него добиться, нужно найти идеальный визуальный первоисточник, и очень аккуратно его редактировать от пяти до сотни раз, постоянно напоминая ИИ, чтобы не своевольничал, комбинируя его творчество с фотошопом. Честное слово, если бы я умела хорошо рисовать руками (а я художественную школу окончила в целом, по аттестату, на троечку, и это абсолютно справедливая оценка), я бы в жизни не стала связываться с ИИ, чтобы создавать иллюстрации, да еще и про дорогих мне героев. Потому что нарисовать от души легче, чем программировать вот этими материями машину, без конца исправляя! Но увы. Стихи сама могу, прозу могу, а вот с визуалом засада).

Я попытаюсь (не в ближайшее время) поймать вдохновение и понимание, как сформулировать запрос, настроиться на нужную волну, а главное - найти первоисточники, от которых можно плясать. Если что-то выйдет - выложу)

А пока - то, что нарисовали сами художники-люди на похожую тему. Возможно, что-то из этих работ как раз можно будет использовать для создания картины А. Я. Штольмана.

https://upforme.ru/uploads/0012/57/91/184/t872433.jpg
Вялов К. Я. "Герой Советского Союза, летчик Б. Ф. Сафонов"

https://upforme.ru/uploads/0012/57/91/184/t647410.jpg
Переяславец В. И. "В полет"

https://upforme.ru/uploads/0012/57/91/184/t852835.jpg
Шегедин В. Я. "Портрет героя Советского Союза Г. М. Рябушко"

+3

8

Ох, Мария Валерьевна, как же вы меня порадовали! Спасибо за Жукова, какой портрет, какой великий Корин! Недаром делал свои первые шаги в иконописи! Я согласна, что с ИИ получается не очень жизненно, У Александра главное в сочетании шлема и веток золотых шаров, и, конечно, взгляд в зовущее небо.... Спасибо за ваш труд, за время, которое вы потратили. Надо действительно поискать художника, который смог бы как-то воплотить эту идею. Вот выйду из клиники, попробую поискать...
Я пишу вам ответ, а моя соседка следит за коридором, чтобы никто не застал меня "на месте преступления" , иначе отберут  комп.  С уважением Нора

+4

9

Nora Brawn написал(а):

Я пишу вам ответ, а моя соседка следит за коридором, чтобы никто не застал меня "на месте преступления" , иначе отберут  комп.  С уважением Нора

Поправляйтесь, Нора!

+2

10

С большим удовольствием перечитала ваши отзывы, дорогие Мария Валерьевна и Ирина! Очень приятно, что вы так волнуетесь за судьбу Ульяны Петровны, мне кажется, что получился интересный образ, пусть со своей трудной любовью, но по-человечески очень трогательный - чувство к Виктору Яковлевичу её здорово изменило, у жесткой и одинокой женщины проявилась чуткая и самоотверженная женская душа, жаль, что ее женскую судьбу изломала прошедшая война, а материнский порыв в ней остался жив, когда она бросилась спасать Анечку....  Есть у меня некоторые планы, не хочется бросать такую героиню моих рассказов, но пока это только планы...
   Да, вы правы, "Розовое небо" подходит к завершению, впереди Новый 1958 год, планирую еще одну главу, и хотелось бы посвятить ее Александру и Татьяне. Они дорожат своей семьей, своей любовью, но переживают это они по-разному, такие мужской и женский подходы к выражению своих чувств. Для Александра романтическая история с Надеждой стала серьезным испытанием на верность и порядочность. А что поделаешь - творческая натура ищет прекрасное в жизни, облагораживает людей вокруг себя...
    В 1958 году уйдут в небытие и генерал-полковник Желтов,и  полковник Ветров, да и все гонители Жукова, кто их теперь помнит, а  прекрасный памятник маршалу Победы занял свое место на Манежной площади на века. 
    Еще раз спасибо за отзывы, с уважением Нора

Отредактировано Nora Brawn (03.10.2026 16:48)

+1

11

Nora Brawn написал(а):

Для Александра романтическая история с Надеждой стала серьезным испытанием на верность и порядочность.

А я все равно так и не увидела в этой истории именно "испытания верности". "Испытание порядочности" - да, но тоже безотносительно темы измены. Вот как с самого начала мне показалось, что дело не в красивой девушке, что не впечатлила она художника настолько, чтобы даже теоретически предполагать с ней новую счастливую жизнь, или хотя бы короткие отношения без обязательств. Слишком быстро он разочаровался и обиделся, никак не пытаясь толковать произошедшее в ее пользу, что обычно делают сколько-нибудь влюбленные люди. Надежда Петровна для меня тут не причина, а скорее, фонарик, который ярко высветил проблемы семьи Александра и Тани, накопившиеся за много лет. И одна из главных проблем (как я увидела, прочитав существующие на данный момент истории о втором поколении) - что Александр из трех детей Штольманом повзрослел позже всех. Собственно, именно этот процесс взросления мы здесь и видим, процесс, наложившийся на профессиональный кризис - ведь творчество тоже требует от человека постоянного роста.

У меня сложилось впечатление, что Александр слишком долго был младшим братишкой, именно "Сашенькой", тем более рядом с Виктором, копией отца, - и во многом таковым ощущал себя всегда, даже после рождения сестренки. Не капризным, не избалованным, но все равно, тем, для которого естественно, что заботятся о нем самом. А сам он заботится ... не умеет, не пробовал, без этого как-то обходилось. И я не об умении ухаживать за женщиной и добиваться ее. И даже не о способности "обеспечить семье мамонта". Но если человек ограничивается "мамонтом", считая, что долг выполнен - он отдаляется от семьи. Он перестает видеть родных, понимать, что с ними происходит. Так и Александр - он не знает, чем интересуется жена, о чем она мечтает, чего хочет. Она стала для него привычным фоном, механизмом, который обеспечивает тыл и не создает проблем, а напротив, решает их, оберегая душевную организацию мужа. Он не в курсе (или начисто забыл) о том, что у сына в школе были проблемы, не знает, что сделала Таня, чтобы их решить. Хотя уверенна, что возникни подобное в его собственные гимназические годы, Яков Платонович не остался бы в стороне, и возможно, проявил бы себя куда активнее Анны - именно как мужчина, знающий изнутри отношения мальчиков - и школьного коллектива. Но Александра от быта и детских вопросов мужественно заслонила Таня, и он это спокойно принял, или даже и не заметил.

Если что - я не обвиняют не клеймлю. Печалюсь, скорее. Так бывает часто, тем более с людьми творческих профессий, которые нервами и кровью сердца создают что-то, и конечно, на все и про все их душевных сил не хватает, и хорошо, когда есть понимающий это партнер. Но все-таки, семья не должна превращаться в фон. Любимая, любящая, преданная жена не должна вспоминаться лишь тогда, когда она продефилировала перед тобой в красивом модном платье, собрав по пути восхищенные взгляды других. Дети не должны расти без тебя, без твоего душевного, а не лишь материального вклада, если ты их родитель. Ты не будешь их знать - они в итоге не будут понимать, зачем им знать тебя(.

И мне кажется, весь этот "пинок Мироздания" был призывом - "Увидь и услышь своих близких, Александр! Ты им нужен, как муж и отец, не просто именем талантливого художника, и не связанными с этим возможными благами".

Может быть, история с поиском информации о солдате еще и потому так задела за живое Александра, что это как раз тоже был акт непривычной ему от себя заботы - не о картине, не о работе, а о человеке. Теперь осталось осознать, что внимание к своим родным, помощь в их делах - это тоже очень важно и нужно. 

Что из себя представляет Надежда я в итоге не поняла(. Потому что про девушку, которая хладнокровно и манипулятивно собиралась уводить мужа от семьи с двумя детьми, явно не испытывая никак мук совести, невозможно сказать "Она неплохая". Даже, если говорит это Анна Викторовна. Надежда до ее появления на площади, казалась такой ... деловитой, несентиментальной, серьезно относящейся к работе, с мужским складом характера. Это можно уважать, за это можно извинить и бедность эмпатии. А вот попытка подцепить на крючок и увести от жены и детей человека - это однозначно плохо.

Отредактировано Мария_Валерьевна (03.10.2026 20:04)

+3

12

Всегда с большим интересом читаю ваши Мария Валерьевна размышления о героях рассказов, особенно, когда речь идет о таких неординарных, талантливых и творческих личностях, как Александр Штольман. Да и Надежда тоже персонаж сложный, одной краской ее не изобразить, она еще "мечется" между тем как надо в жизни устроиться, и как душа просит...
    Большое спасибо за ваши отзывы, они помогают в работе, яснее видишь, где еще не доработано. С уважением Нора

+2

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»