Перекресток миров

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Перекресток миров » Провинциальный детектив » Глава 09. Трещина


Глава 09. Трещина

Сообщений 1 страница 41 из 41

1

============ Глава 9. Трещина  ==============

- Кто-то лжёт во всей этой истории. И не сказано, что не ваша печальная дама, Антон Андреич. Концы с концами не сходятся.
Антон ответил возмущённым взглядом. А только Штольмана взглядами не проймёшь – столько раз он заявлял, что для него не существует «жены Цезаря». Что там Цезарь, он даже Анну Викторовну как-то раз заподозрил! Впрочем, надо быть справедливым: в «деле Ферзя» Штольман начал с того, что заподозрил самого себя. Так что чему удивляться?
С утра они поехали к Морису Лепелетье. Но коллекционера из Нанси дома не оказалось. Пронырливый малый с огромным носом, сказавшийся секретарём, услужливо доложил, что господин Лепелетье в отъезде по делам, но любезные господа могут оставить ему записку. Штольман, подумав, записку оставлять не стал. Несолоно хлебавши, сыщики вернулись домой.
Анна Викторовна не участвовала в их безрезультатном визите, но присоединилась к ним в кабинете. Настроение у всех троих было безрадостное.
- Но это не может быть мадам Лепелетье! – горячо высказался Антон.
Штольман недовольно поморщился:
- Мало фактов, Антон Андреич. Не на чем строить предположения.
По поводу неудачной вылазки Коробейникова к Вилару сыщик ничего не сказал, только хмыкнул и обозвал помощника князем Мамонтовым-Затонским. Хотя Антон сам придумал это имя, из уст начальника прозвучало почему-то обидно. И назавтра с собой на Монмартр не взял, хотя там можно было столкнуться с любой опасностью. Ну, конечно. Это ведь Штольман! Для него ещё пуля не отлита, и нож не откован.
Пока он не вернулся, Коробейников мерил гостиную шагами и убеждал себя, что не волнуется. Яков Платоныч приехал задумчивый и недовольный. Что-то у него не складывалось, а такое сыщик очень не любил. Антон хотел спросить, что именно, но не спросил. Почему-то, не в пример Затонску, в Париже это сделалось для него непросто. А в чём дело, он и сам понять не мог.
- Давайте я вызову дух Грандена? – видя их угрюмое недовольство, предложила Анна Викторовна.
Штольман неопределённо пожал плечами. Запрещать не запрещал, но и надежд особых не питал, похоже. Подошёл, взял Анну Викторовну за плечи.
- Дух Луи Грандена, явись! – повелительно произнесла Анна. – Дух Луи Грандена, явись!
Оба мужчины замерли в ожидании, но ничего не произошло.
- Он не пришёл? – осторожно спросил Коробейников.
Анна отрицательно покачала головой:
- Кажется, он не желает разговаривать. Противится изо всех сил.
Антон заволновался. Ему казалось, что только Луи Гранден может объясниться и снять необоснованные подозрения с Ирен Лепелетье.
- Но есть же какой-то способ его заставить?
- Ну, о чём вы, Антон Андреич! Заставить духа? Каким образом?
- Ну, живые-то вас слушаются, - пробурчал Коробейников, имея в виду, конечно, начальника, который молчал, что-то обдумывая, но оккультным практикам больше не сопротивлялся.
Анна Викторовна попробовала вызвать Грандена снова. Результат был прежний.
- Вы знаете, - задумчиво сказала она. – Мне кажется, что он кого-то защищает.
- Ирен Лепелетье? – спросил Штольман.
- От нас? – возмутился Коробейников.
- А если у него есть на то основания?
- Ну, какие могут быть основания?
- Да вы не горячитесь, Антон Адреич.
Но Антон продолжал волноваться. Мысль, что Яков Платоныч может подозревать в нечестности мадам Лепелетье, почему-то возмущала до глубины души. И записка, которую по отпечатку прочёл Штольман, ни в чём Коробейникова не убедила. Он даже не пытался обрести трезвый рассудок. Достаточно было вспомнить печальный взгляд незнакомки из поезда, и все сомнения развеивались без следа. Сыщик это не одобрял, разумеется.
Внезапно распахнулось окно, и в комнату ворвался порыв ледяного ветра. Антон потянулся закрыть створку, да так и замер, глядя на Анну Викторовну. Глаза духовидицы уставились на что-то невидимое прочим, а лицо враз стало каким-то испуганным.
Штольман подскочил и обнял жену сзади, прикрывая ладонями живот. В тот же миг Анна содрогнулась, словно он удара, а потом трудно вздохнула, силясь восстановить дыхание.
- Пришёл?
- Гранден?
Два голоса прозвучали одновременно.
Духовидица отрицательно качнула головой:
- Это был Великий Магистр. – она вдруг судорожно вцепилась в руки мужа. – Знаете, я его боюсь!
Нечасто Анна Викторовна признавалась в чем-то подобном.
Штольман сгрёб жену в охапку и усадил к себе на колени, прижимая к груди, как маленького ребёнка. Коробейникова он нимало не стеснялся.
- Антон Андреич, окно закройте!
Анна прильнула к мужу, благодарно принимая защиту. Кажется, она и впрямь была не на шутку напугана.
- И что ему было нужно? – через малое время спросил Яков Платоныч, убедившись, что жена стала дышать ровнее.
Анна Викторовна покачала головой:
- Не знаю. Показал мне Грандена.
- Грандена? – удивился Коробейников.
- На исповеди в какой-то церкви. Или соборе. Что-то огромное, готика, витражи цветные.
- Что ещё? – настороженно спросил Штольман.
Анна сосредоточенно вспоминала:
- Слов я не слышала. Но видела священника.
- Нарисовать сможете? – встрепенулся Коробейников и полез в стол в поисках альбома.
- Антон Андреич! - резко произнёс сыщик.
Но Анна Викторовна уже достаточно пришла в себя и отвела руки мужа:
- Я нарисую.
Впрочем, шаг, который она сделала к столу, был всё ещё не вполне твёрдый. Антон хотел устроиться за её плечом, но его властно оттёр Штольман. Не в пример прежним временам, больше он не намерен был находиться в стороне и делать вид, будто не верит в видения барышни Мироновой.
- Вот, - сказала Анна, протягивая мужу лист.
С листа на них смотрел благообразный пожилой священник со спокойным, гладко выбритым лицом. Антон вынул портрет из рук начальника.
- Будем искать! – решительно сказал он. – В какой церкви он может служить? Сен-Мадлен, Сен-Сюльпис, Нотр-Дам?
- Или в любом другом месте, - хладнокровно остудил его порыв Штольман. – Церквей в одном Париже десятки.
- Но нельзя же сидеть на месте! – возмутился Коробейников.
- А что это нам даст? – пожал плечами сыщик. – Вы забыли о тайне исповеди, Антон Андреич.
И в самом деле, забыл. Но это ничего не меняло. Дух Жака Моле дал им хоть какую-то зацепку.
- Я поеду искать церковь и священника!
- Я с вами! – живо произнесла Анна Викторовна.
Штольман неодобрительно поглядел на них обоих, но возражать больше не стал. В итоге на поиски отправились все трое.
Церковь Сен-Сюльпис Яков Платоныч отмёл сразу:
- Вы, Анна Викторовна, говорили про готику? Эта церковь была построена при Луи XIV, если мне не изменяет память. Едва ли там есть цветные витражи.
- Но тогда и Сен-Мадлен тоже, - задумчиво сказал Коробейников.
- И Сен-Мадлен тоже, - пожав плечами, подтвердил сыщик.
По прихоти архитектора и трех королей, которые поочерёдно были заказчиками, эта церковь была изваяна по образцу античного храма, следовательно, витражей тоже не имела.
Поиски решили начать с Собора Богоматери – «сердца Парижа», как назвал его Виктор Гюго. Антон покрутил головой в поисках бронзовой звезды на мостовой - точки отсчёта, от которой начинаются все дороги Франции. Точка эта должна была находиться где-то на площади перед храмом. Но площадь была велика, а сыщики спешили, так что «нулевую точку Франции» он так и не увидел.
Второй раз он невольно замер перед входом при виде невероятной каменной резьбы, которую можно было рассматривать бесконечно. Нотр-Дам де Пари называли «Библией для неграмотных» - столько сюжетов было воплощено в его барельефах безвестными мастерами.
Не менее фантастическими выглядели огромные металлические ворота, украшенные искусными узорами – то ли коваными, то ли литыми.
- Говорят, кузнец Бискорне, которому поручили ковать ворота, не в силах справиться сам, прибег к помощи дьявола, - невольно понизив голос, произнёс Яков Платоныч.
- Дьявол делал ворота для храма? – удивилась Анна Викторовна.
- Видимо, он не рассчитывал, что их окропят святой водой, - усмехнулся сыщик. – Очень наивно было с его стороны.
У любой из стен прославленного собора можно было стоять бесконечно, разглядывая и восхищаясь, но у них здесь было дело, и они прошли внутрь. Едва увидав витраж в конце центрального нефа, Анна утвердительно кивнула головой и шепнула:
- Мне кажется, это здесь.
В соборе шла служба, поэтому русские сыщики  остановились за пределами нефа, чтобы не мешать молящимся. По причине громадных размеров храма, рассмотреть священника не представлялось возможным, и они просто стояли, слушая звуки литургии, разносящиеся под невозможно высокими стрельчатыми сводами. Коробейников поймал себя на том, что напрочь потерял представление о времени, пространстве и деле, которое их сюда привело. Кажется, его спутники были не менее заворожены, даже совершенный безбожник Штольман, который и в православной церкви-то был, кажется, лишь по случаю собственного венчания.
На лице же Анны Викторовны и вовсе было совершенно просветлённое выражение. Всё же католическая месса звучит очень возвышенно.
По окончании службы они двинулись на поиски священника. Вблизи резных деревянных исповедален им повстречался молоденький служка. Анна сделала знак своим спутникам и сама подошла к нему с вопросом. Антон подумал, что это правильно. Их полицейские физиономии в этом святом месте смотрелись чужеродно. Особенно это касалось, разумеется, Штольмана.
Служка взглянул на портрет, утвердительно кивнул и куда-то ушёл. Анна вернулась к ним.
- Священника зовут отец Блан. Он служит здесь уже пять лет. Сейчас его позовут.
Отец Блан оказался именно таким, как изобразила его Анна Викторовна. Антон в который раз поразился, как она ухитряется всего несколькими штрихами удивительно поймать сходство. Лицо пастыря было благообразное и, как сказали бы в Затонске, холёное. Тонзуру окружали аккуратно подстриженные и совершенно белые волосы. Выражение лица спокойное и учтивое, но на ум почему-то невольно пришёл неукротимый отец Фёдор. Едва ли с отцом Бланом будет намного легче.
- Ведите допрос, Антон Андреич, - тихо сказал Штольман по-русски.
Отец Блан коротко глянул на него, словно бы понял иностранную речь. Антон выступил вперёд, почему-то отчаянно волнуясь. Вдруг ему языка не хватит?
- Вам знаком Луи Гранден? – бухнул он с порога.
- Да, это мой духовный сын, - насторожился священник. – Он ходит ко мне исповедоваться. А в чём дело?
- Он погиб, - сказал Антон. – Вам что-то известно об этом?
По потрясённому выражению лица он уже видел, что отец Блан что-то знает. Но вот скажет ли?
- Мы – частные детективы, расследуем его смерть.
- А почему не полиция? – вкрадчиво спросил священник.
Антон смутился:
- Полиция тоже. Просто мы ищем пропавшую женщину. К нам обратились… - слов не хватало, как бывало всякий раз, когда он начинал волноваться. – Вы что-то знаете!
Теперь Коробейников был в этом совершенно уверен.
Священник медленно кивнул, отводя взгляд.
- Бедный Луи приходил к исповеди. Случайно он узнал нечто такое, что потрясло его до глубины души.
- Что именно? – горячо воскликнул Антон.
Отец Блан поднял на него глаза:
- Молодой человек, вы понимаете, что я не вправе раскрыть тайну моего прихожанина, доверенную мне на исповеди?
- Но от этого может зависеть жизнь других людей!
- Я сожалею, - твёрдо сказал священник.
Коробейников задумался. Ведь должен быть способ узнать хоть что-нибудь!
- А что он собирался сделать, вы не можете сказать? Быть может, вы что-то посоветовали ему?
Было видно, что отец Блан колеблется. Потом он всё же произнёс:
- Луи хотел написать письмо. А потом уехать в провинцию. С первым я не был согласен, второе одобрил. Больше я ничего не могу вам сказать. Прошу простить меня!
Кажется, им ничего не оставалось, кроме как уйти. Отец Блан смотрел на них участливо.
Внезапно Яков Платоныч обернулся:
- Скажите, святой отец, давно ли был у вас Луи Гранден? Вы помните это?
- Конечно, помню! – твёрдо сказал священник. – Две недели назад. Это вам поможет?
- Возможно, - задумчиво протянул Штольман.
- Храни вас бог, дети мои! – искренне произнёс священник. – Это очень грязное и очень опасное дело. Я надеюсь, что Господь убережёт вас от него. Особенно прекрасную молодую женщину.
- Вы нас предостерегаете? – живо откликнулась Анна Викторовна.
- От всей души, дочь моя! – сказал отец Блан и жестом благословил её.

* * *
- Что же дальше? – спросил Антон, когда они вышли на паперть.
Штольман оставался задумчивым, но, кажется, дальнейшие планы всё же имел.
- Отвезём Анну Викторовну домой.
- А потом?
- Нанесем повторный визит Морису Лепелетье. Может, он уже вернулся?
- То есть как это? – возмутилась Анна Викторовна. – Вы намерены обойтись без меня?
Штольман поймал руку жены и поцеловал ладонь. Правда, улыбка, которую он выдавил из себя, была не очень убедительной.
- Моя дорогая, я не хочу показывать вас этому господину.
- Почему? – упрямо насупилась Анна.
- Не знаю. Я ни в чём не уверен. Считайте, что это просто интуиция.
- В первый раз слышу, что вы верите в интуицию, Яков Платоныч! – сердито буркнула она, отнимая у мужа руку.
- Ну, я много чего не говорю вслух, - пожал плечами сыщик.
- А я согласен! – поддержал Коробейников начальника. – Это господин, изволите видеть, свою жену не уберёг.
- А я-то здесь причём? – возмутилась Анна Викторовна.
На это сыщики не могли ответить ей ничего внятного. Просто оба прислушались к словам отца Блана. Её же собственная безопасность никогда не заботила. Но кто-то должен об этом думать.
- Вот так? Заговор, да?
Разумеется, госпожа Штольман сердилась, но решение мужа оспаривать не стала. Просто вышла из экипажа и ушла в дом, не оглянувшись. Была у неё какая-то особенная походка, когда она гневалась. Антон не смог бы внятно описать, но по ней это всегда было видно.
Муж больными глазами глянул ей вслед, но не сделал ни единого движения, так и продолжал сидеть, опираясь обеими руками на набалдашник трости. Коробейников сам велел извозчику ехать на Риволи, где квартировала коллекционер из Нанси.
- Расстроились, Яков Платоныч? – спросил Антон, видя настроение начальника.
Тот не соизволил ответить. Он никогда Коробейникову не позволял проявлять участие по такому поводу. Хорошо, не рявкнул: «Делом займитесь!» Он вообще сидел, будто не слышал вопроса. Как будто Антона здесь вовсе нет. Задумался он.
Ну и пусть!

* * *
На этот раз Морис Лепелетье соизволил принять их. Всё тот же юркий носатый малый провёл их в маленькую гостиную, обставленную, вопреки ожиданиям, вполне современно. Антон почему-то думал, что в доме коллекционера вся обстановка будет антикварной.
В ожидании хозяина он несколько раз прошёлся по комнате.
- Антон Андреич, не нервничайте, - сказал Штольман, на этот раз соизволивший его заметить.- Я сам поговорю, - пробормотал он вполголоса, увидев в дверях Мориса Лепелетье.
Коробейников не настаивал. При виде обезьяноподобного коллекционера в нём вновь вспыхнуло предубеждение против этого непонятного человека. Как мог такой ангел, как Ирен выбрать спутником жизни этого неприятного человека?
Морис Лепелетье влетел в комнату стремительно:
- Ради всего святого, вам что-то стало известно? – горячо воскликнул он, переводя тревожный взгляд с одного лица на другое.
- Кое-что, - сдержанно сказал Штольман и вынул из кармана оттиск записки из блокнота Луи Грандена. – Не объясните нам, что всё это значит?
Коллекционер читал записку долго, словно она была в три страницы длиной. Когда же он поднял глаза, в лице было выражение горечи.
- Вы вправе пенять мне, господа, за то, что скрыл от вас важные сведения. Но судите сами! Легко ли открыть посторонним людям свой позор?
- Так мы вас слушаем, господин Лепелетье, - поощрил его Штольман.
- Да-да, вы правы! – поспешно сказал коллекционер. – Я расскажу. Хотя это очень неприятная история. Я женился на Ирен два года назад. Она из хорошей, но обедневшей  семьи, осталась совсем одна и зарабатывала на жизнь от уроков. Меня сразу привлек в этой женщине незаурядный ум и совсем не женский характер. Если бы вы видели её, то легко смогли бы понять меня.
Антон видел и молча согласился.
- Увы, - горько усмехнулся коллекционер. – Ангел оказался демоном.
В глазах Якова Платоныча блеснул иронический лучик, но он никак свои мысли не обозначил.
- Да вы продолжайте.
Морис Лепелетье кивнул, собираясь с силами.
- Только недавно я узнал, что Ирен оказалась в моём доме по воле моих конкурентов, что она в сговоре с Полем Виларом. Вы его не знаете, господа, это страшный человек!
- Знаем, - коротко подтвердил Штольман.
- Бедный Луи Гранден был настоящим учёным. Он отыскал рукопись в одном из монастырей благодаря разрозненным записям, сопоставить которые мог лишь он один. Он назначил мне встречу в Париже, но затем почему-то переменил свои планы и оказался в том же поезде, на котором я ехал в столицу. Возможно, он чувствовал, что его преследуют. Я не знаю, как об этом узнала Ирен. Возможно, я непредусмотрительно оставил письмо Луи на столе, и она прочла его.
- Но записка означает, что он доверял вашей жене и подозревал вас! – возмущённо воскликнул Коробейников.
- Я могу только гадать, почему так случилось, - с горечью ответил Лепелетье. – Возможно, дело в том, что Гранден был в неё влюблён. Ему трудно было поверить в столь чудовищный обман.
- И что же произошло? – голос Штольмана был до странности спокоен.
- Мы встретились в тамбуре: я вышел с одной стороны, Ирен с Полем Виларом и его громилами – с другой. Бедный Луи, возможно, именно в этот момент осознал ту пучину лжи, в которой оказался. Он открыл двери и…
- То есть, Гранден бросился сам?
- Сам, - подтвердил коллекционер.
- А ваша жена?
- Она ушла вместе с Виларом. Я был один и не смог бы их остановить.
- И тогда вы сочинили сказку об её исчезновении, а потом пришли ко мне? Зачем?
- Я хотел, чтобы вы нашли рукопись, - после некоторого колебания сказал Лепелетье.
- То есть, вы убедились, что на трупе её не было?
- Да, я ходил в морг, как только туда привезли тело бедного Луи.
- А вы не допускаете, что ваши конкуренты могли быть там раньше?
- Не думаю, - задумчиво произнёс Лепелетье. – Я уверен, что они ещё продолжают поиски.
- Так где же может быть рукопись, как по-вашему? – спросил Штольман.
Антон возмутился в душе тому, что он спрашивает об этом. В нём самом, как в несчастном Грандене, боролись, вопя во весь голос, вера и разочарование. Он и думать не желал ни о каких тамплиерах.
- Мне кажется, что Луи спрятал её где-то по дороге в Труа. Именно там он сел в поезд. Я проверил по билету.
- А вам не приходило в голову, что он мог передать рукопись вашей жене прежде, чем вы появились?
Господин Лепелетье задумался.
- Если это так, то надо искать Вилара и мадам Лепелетье, - подсказал Штольман.
- Вы уверены? – остро глянул на него коллекционер.
- Практически уверен.
- Но почему?
- Сопоставление фактов и агентурных данных.
Коробейников узнал ответ, который давал сыщик всегда, когда ему нечего было сказать. Но вот зачем он сейчас это говорит? Он поверил в то, что мадам Лепелетье – воровка и шпионка?
- Я подумаю над этим, - напряжённо сказал Морис. – Благодарю Вас! Надеюсь, что вы всё же не оставите поиски?
- Не сомневайтесь, - сказал Яков Платоныч, откланиваясь.

* * *
За порогом Коробейников схватил начальника за рукав:
- Вы ему верите?
- Спокойно, Антон Андреич, - сказал сыщик, высвобождаясь и поворачиваясь к нему лицом. – Это не вопрос веры. Надо сопоставлять факты.
- Да какие факты! – возмутился Антон.
- А факты говорят, что…
– Вы не видели эту женщину, а я её видел! – перебил его помощник. – Вы верите в интуицию? Ну, так и я в неё верю!
Штольман остановился, смерив его ироническим взглядом:
- И это говорит сыщик? Антон Андреич, да что с вами? Будьте профессионалом.
- Быть профессионалом? – Антон почувствовал, что больше не в силах справиться с гневом. – Это что значит? Быть хладнокровным сухарём, которому нет дела до человеческих чувств? Нет уж, увольте!
По тому, как мгновенно захолодел взгляд Штольмана, он понял, что сказал нечто непоправимое.
- Это вы меня имели в виду, милостивый государь? – спросил сыщик очень тихо.
- Нет, - выдавил Антон, почувствовав, что ему перехватило горло. А потом добавил через силу. – Я просто ему не верю.
- Ну, так я вам не учитель больше, - сказал Штольман, и Антон увидел, как у него дёрнулось левое веко. – Не верите – значит, проследите за ним. Сами сыщик, справитесь.
После сокрушительного фиаско с поисками Вилара он явно издевался, предлагая это. Но Коробейников больше не мог отступать и делать вид, что смиряется. Если у него нет иного выхода, чтобы доказать свою правоту, кроме как найти мадам Лепелетье и спасти её, значит, он сделает это. Один!
Только, если он сейчас уйдёт, то навсегда разрушит что-то такое, что считал важным для себя, о чём мечтал все эти три долгих года…
А если останется, снова смирившись и отказавшись от своих убеждений, то навсегда останется… кем? Iнi, братишка, Санчо Панса – кто угодно, но только не сыщик, не профессионал, не Коробейников Антон Андреич! Да он и не претендовал, не просил ничего такого! Но зачем было писать: «Мой дорогой друг!»?
Чувствуя, что если помедлит ещё хоть мгновение, то закричит всё это вслух, Антон развернулся и зашагал прочь, лишь дёрнул плечом, услышав торопливое:
- Только будьте осторожны!

* * *
Рында надрывалась битый час. Даже отсюда было слышно, как он звонит в кабинете. Анна была уверена, что муж давно вернулся. Она слышала, как хлопнула дверь. Но к обеду он так и не вышел. Она сама спустилась в агентство, забыв свою утреннюю досаду, вся во власти дурного предчувствия.
По тому, как муж сидел за своим столом, по тому, как были напряжены его плечи, она поняла – что-то и впрямь случилось.
И к тому же он был в кабинете один.
- А где Антон Андреич?
Штольман обернулся к ней, и она увидела, что у него подрагивает левый глаз – верный признак глубочайшего волнения.
- Что случилось?
- Кажется, мне подменили помощника, - выдавил он через силу, пытаясь улыбнуться. – Или это меня самого подменили, да я не заметил.
- Вы повздорили с Антоном Андреичем? – догадалась Анна.
Штольман резко выдохнул:
- А были признаки, что это может произойти? – со вздохом спросил он.
Анна попыталась понять, отчего же она так сразу догадалась о происшедшем. Видимо, было какое-то напряжение, словно внутренне Коробейников о чём-то с Яковом всё время спорил. Это было и неудивительно, он просто повзрослел за прошедшие годы. Но Яков не придал этому значения. Как обычно.
Но что всё же произошло?
- Лепелетье сказал, что его пропавшая жена в сговоре с Виларом.
- А вы поверили ему?
- Я просто сказал, что надо изучить все факты.
Ну да, факты! Как будто Штольман мог сказать что-то иное! И самое обидное, что он и впрямь так думает. Он просто не понимает, что есть обстоятельства, когда доверие значит больше, чем факты.
Анна необычайно остро вспомнила вдруг один из самых страшных дней в своей жизни. Чуть было не решила, что самый страшный, потом поняла, что было стократ хуже – в тот день, когда Яков пропал.
- Я понимаю его, - тихо сказала она, положив мужу ладони на плечи. – Со мной ведь было так. Помнишь, когда ты заподозрил, что это я убила инженера Буссе?
Яков развернулся, умоляюще глядя на неё:
- Аня, я ни одной минуты не подозревал тебя!
- Но ты ведь не сказал мне об этом.
- Сказал. Просто ты меня не услышала.
Она снова обняла его плечи, прижимая к себе. Не успокоить, так согреть хотя бы.
- Сказал, но как-то, видимо, не так. А мне было очень важно получить подтверждение, что ты со мной, что ты веришь мне.
Он подавленно молчал, ничего не возражая больше. Анна молча гладила его плечи, не в силах помочь.
- Ты так меня и не простила за это? – грустно спросил он.
- Давно простила. Что ты ему сказал? «Антон Адреич, делом займитесь?»
- Что-то вроде того.
- Ну, конечно! Что ещё мог сказать Штольман?
- Прежде у нас с Антоном Андреичем таких сложностей не было, - пробормотал он.
- Ну, как вы не поймёте, Яков Платоныч! – горячо возразила она. – Раньше вы были для него Учителем. Он вас обожал. Я даже смеялась, помню, над этим.
- Вот уж поводов я никогда не давал, - недовольно пробурчал Яков.
- Да и не нужно было! – хмыкнула она. – Ничто не помешало бы нам с ним в вас влюбиться. Даже вы сами. А разве вы никогда в учителя не влюблялись?
- Не помню, - пробормотал он.
- А со мной было.
- Вот  как?
- Его звали Серафим Фёдорович. Ему было пятьдесят лет, он преподавал мне рисование. И не ревнуйте!
- Да я не ревную.
- Ревнуете. И к поручику Шумскому ревновали.
- Ну, ревновал, - со вздохом сказал он. – Он был рядом с вами, едва ли не на правах жениха. А мне вы сказали, что никогда меня не простите.
Анна села рядом, обнимая мужа и прижимаясь к нему всем телом.
- Ты не понимаешь. Это глупость была, но глупость, наверное, неизбежная. Ты перестал быть прекрасным принцем, сказочным рыцарем из столицы. И мне казалось, что я не прощу тебе этого. Не прощу, что ты не такой, как я себе придумала. А Иван… ну, мне казалось, что я теперь смогу отказаться от фантазий и жить как-то иначе.
- Ты и видеть меня не могла, помнишь? Убежала в слезах.
Она уткнулась ему в шею, зная, что это всегда действует безотказно.
- Да всё совсем не так! Ты так улыбнулся, когда увидел меня, что я поняла: приди я одна –  и мы помирились бы. И что я больше всего на свете хочу этого. Я плакала оттого, что я такая дура!
Штольман обнял её, словно это она сейчас нуждалась в утешении.
- Антон Андреич тоже поймёт. У него тоже что-то, видимо, такое.
- Но он же не барышня, в конце концов! – раздражённо сказал Яков.
- Ох, Яков Платонович! Вы сами не видите, как всё изменилось?
- Да что изменилось-то?
- Вы были ему прекрасным учителем. Начальником… не знаю, наверное, тоже неплохим. По крайней мере, он не жаловался…
- А другом оказался – так себе, - грустно закончил за неё Штольман.
- Трудно с вами, - вздохнула она. – Вы же всё время молчите. А тем, кто вас любит, поверьте, важно услышать подтверждение, что мы для вас важны. Я, в конце концов, и ждать уже бросила. Вы ведь сказали мне: «Я вас люблю!» только на третьем году брака.
- Я написал, - сдавленно сказал он, зарывшись лицом в её волосы.
- Написал! – она едва не рассмеялась. – И Антону Андреичу тоже написал?
- Тоже, - покаянно подтвердил Штольман.
- И что? На этом любезности можно считать оконченными? Яша, да он же влюблён! И ему очень важно, чтобы ты был с ним. Чтобы ты верил ему. У него же больше никого нет.
- Да я верю.
- Но он-то этого не знает! – воскликнула Анна, понимая, что все аргументы у неё исчерпаны. Этот дикарь никогда не поймёт, что нельзя ограничиваться только письмами и взглядами. Для него до сих пор немыслимо открывать свои чувства даже самым близким людям. Это надо прощать, потому что так его исковеркала жизнь, и другим он уже не будет. Но Антон Андреич вот сейчас, кажется, прощать не готов.
Несколько минут они провели в молчании, обнимая друг друга и горестно вздыхая.
- И что же теперь? – спросила Анна у мужа.
- Да ничего, - подумав, сказал он. – Антон Андреич займётся своим делом. А в конце наши расследования сойдутся в одной точке, как всегда. И я скажу ему…  что он мне дорог.
Хотя бы с ней он смог выдавить это вслух.
- Так ты не веришь, что мадам Лепелетье – преступница?
- Пока не знаю. У меня ощущение, что я всё время упускаю что-то важное.
- Что?
- Если бы я сам знал. Есть какая-то деталь, которая ломает всю конструкцию.
- Ну, так давай её вспомним!
Штольман уставился куда-то в пространство, постукивая по столу карандашом. Анна молча ждала.
- Две недели, - вдруг сказал он.
- Что?
- Две недели. Анна Викторовна, мне нужна ваша помощь!
- Всё, что угодно, Яков Платоныч!
- Попробуйте вызвать мне дух Поля Вилара.

+12

2

Иногда нужно поссориться, чтобы все стало хорошо и ясно. Все будет в порядке, я уверена.

+2

3

Ох! Как же всех жалко(((
Отношения Якова Платоновича с Антоном - очень правильное развитие, как на мой взгляд. Антон очень изменился. Исчезло слепое восхищение ученика учителем, младшего старшим. А равноправную дружбу предстоит еще выстроить и понять, обеим причем сторонам. Дай бог, чтобы им это удалось! А тут еще Антону чувства застят глаза.
Но, учитывая род занятий обоих, думаю, будет как в "Место встречи" - "Приехали, спорщики! Сейчас вас тут помирят")))
Как же трудно будет теперь дожидаться новой главы)))

+3

4

SOlga написал(а):

Ох! Как же всех жалко(((

Отношения Якова Платоновича с Антоном - очень правильное развитие, как на мой взгляд. Антон очень изменился. Исчезло слепое восхищение ученика учителем, младшего старшим. А равноправную дружбу предстоит еще выстроить и понять, обеим причем сторонам. Дай бог, чтобы им это удалось! А тут еще Антону чувства застят глаза.

Но, учитывая род занятий обоих, думаю, будет как в "Место встречи" - "Приехали, спорщики! Сейчас вас тут помирят")))

Как же трудно будет теперь дожидаться новой главы)))

Хе! Новой дождаться трудно? Посмотрим, что вы скажете, когда она выйдет!
Я не пугаю, не! К чему бы мне это?  :D

0

5

Очень точно показана картина отношений, когда вдали кажется, что вместе будет всё очень хорошо. А потом оказывается, что всё намного сложнее, и что очень хорошо не получается. Бывает между друзьями, и родственниками, и... всеми. Был у меня тоже такой опыт.
А в общем  - так славно и долгожданно снова оказаться в этих складных и естественных потоках слов, чувств, поступков  и событий. Привыкание, однако, Автор... )))

+3

6

И жди его верно, и всё же
и малой надежде будь рад.
Порой ожиданье дороже
того, кто вернулся назад.
(А.Дольский)

0

7

Как тонко описано взросление Антона Андреевича и Анны. Браво!

+1

8

Эх, Яков Платонович! Совсем забыли Вы разговор с Анной на кладбище из новеллы "Два офицера". Ведь ещё очень важно сказать не просто когда-нибудь, а сказать вовремя. А когда расследования сойдутся в одной точке всякое может случиться. Ведь можно и по разную сторону баррикад оказаться из-за непонимания и обиды. А Антон Андреевич - молодец. Все таки нашёл в себе силы дать понять, что он уже не экспонат из "коллекции голубоглазой невинности".
Как писал наш классик А.С. Пушкин - "Я слышу речь не мальчика, но мужа".

0

9

PolinA написал(а):

Эх, Яков Платонович! Совсем забыли Вы разговор с Анной на кладбище из новеллы "Два офицера". Ведь ещё очень важно сказать не просто когда-нибудь, а сказать вовремя. А когда расследования сойдутся в одной точке всякое может случиться. Ведь можно и по разную сторону баррикад оказаться из-за непонимания и обиды. А Антон Андреевич - молодец. Все таки нашёл в себе силы дать понять, что он уже не экспонат из "коллекции голубоглазой невинности".

Как писал наш классик А.С. Пушкин - "Я слышу речь не мальчика, но мужа".

Вижу в Вас дар провидца! В очередной раз, кстати. Аж страшно! Когда читатели столь успешно зрят в корень, чем их можно удивить? )))

0

10

Atenae написал(а):

Когда читатели столь успешно зрят в корень, чем их можно удивить? )))

Ну, Вы так хорошо справляетесь с этой задачей, что думаю у Вас ещё много "тузов в рукаве":))

0

11

Штольман и Коробейников придут к взаимопониманию, не сомневаюсь. Притрутся. А безоблачного счастья никто никому не обещал :)
Но какова же подлинная история Ирен Лепелетье и не ошибся ли в ней Антон Андреич - вот вопрос, на который очень хочется узнать ответ. Хотя опасаюсь, что до последней главы это останется тайной :)

0

12

Елена Ан написал(а):

какова же подлинная история Ирен Лепелетье и не ошибся ли в ней Антон Андреич - вот вопрос, на который очень хочется узнать ответ. Хотя опасаюсь, что до последней главы это останется тайной

Да, детектив закручивается. Все врут(с). А Великого Магистра я уже и сама боюсь. Видно, этот Гранден нашёл что-то важное, иначе зачем бы Жаку Моле являться Анне?

0

13

Я поддерживаю Штольмана- Ирен Лепелетье должна подозреваться пока не до кажется обратное, а Антону ёще до сыщика расти и расти. И как профессионал это он должен прийти к Штольману и сказать - я погорячился. Всё-таки Штольман его начальник и работодатель, это очень сложно быть при таком раскладе ещё и другом.

0

14

Оля_че написал(а):

Я поддерживаю Штольмана- Ирен Лепелетье должна подозреваться пока не до кажется обратное, а Антону ёще до сыщика расти и расти. И как профессионал это он должен прийти к Штольману и сказать - я погорячился. Всё-таки Штольман его начальник и работодатель, это очень сложно быть при таком раскладе ещё и другом.

КМК, Штольман ему верит, просто сказать этого правильно не может. Ну и действительно, он ту даму не видел и ему сложно представить, что для Антона она - как для него Анна Викторовна. Выше всех подозрений. И впрямь, очень похоже на "Инженера" - он все время искал доказательства невиновности Анны, но с таким лицом, что она была убеждена, что он её подозревает 8-)

+1

15

Ох, ну и ситуация!
Вроде и понятно было, что не все безоблачно, но чтобы вот так все обернулось…
По сути прав, конечно, Яков Платоныч. Потому что он в данном случае не пытается что-то кому-то доказать, а просто ищет правду. И винить его в том, что он такой… Штольман было бы как-то несправедливо, по-моему.
А вот Антон явно не в себе. И этим уходом, на мой взгляд, продемонстрировал вовсе не свою независимость и взрослость, а наоборот - профессиональную незрелость и личностную дезориентацию. Потому что руководит им сейчас в первую очередь, похоже, даже не желание спасти девушку, а стремление доказать свою правоту и самостоятельность. И если суждено-таки случиться появлению двух сторон, то вообразил их себе и спровоцировал именно сам Коробейников, увы.
Но и его в свою очередь обвинять тоже сложно, потому что не позавидуешь такой ситуации.

Что касается веры и доверия.
Если бы Яков Платоныч вдруг заявил, что безоговорочно верит интуиции, впечатлению и суждению Коробейникова о незнакомой женщине, то это было бы самой настоящей ложью. Ну, не могу я представить себе Штольмана, который готов судить о человеке, которого не видел и не знает сам, только по словам влюбленного и явно необъективного Антона. По крайней мере не на данном этапе их отношений и сотрудничества. Надо ли напоминать дело фотографа и то, как легко тогда окрутила доверчивого Коробейникова мошенница Глафира?
Врать помощнику Штольман не стал бы – это было бы еще хуже. А дипломатии и красноречия никогда не было в его арсенале… так что имеем то, что имеем.

А вот Антон демонстрирует довольно несправедливое недоверие бывшему начальнику. Сиюминутные эмоции затмили все то хорошее, что он знает о Штольмане как о человеке и следователе. 

А вообще жалко обоих! И тревожно.
Atenae до сих пор не давала повода усомниться в ее способности проводить героев через испытания, не ломая их… но тут прямо как-то очень не по себе стало.

Отредактировано Musician (18.09.2017 13:32)

+4

16

Лично я согласна с каждым словом Musician, пожалуй, лишь добавлю, что Антону нужно мужать и взрослеть, а под крылом мужчине это сделать сложно. Многие решения он должен принимать сам и нести за них ответственность. Даже, если они ошибочны. Это только его решения и его ответственность. И его бесценный опыт. Так, что я за него рада. Пусть и так. Он нашел в себе смелость и силы духа на поступок. Пусть и на такой. Уверена, что даже если они вдруг окажутся по разные стороны баррикад, мироздание, которое свело их снова, расставит все по своим местам))) И все будет хорошо. А безоблачной жизни Тоше никто не обещал.
Штолюшку жаль, он грустит. Зато все, как в жизни. Не бывает все сказочно-прекрасно. Иногда и погрустить не грех. И жена любимая рядом, опять же. Ему все же легче, чем Тоше. Тот совсем один.
Глава порадовала. Во всех отношениях и смыслах. Спасибо)

+2

17

Оля_че написал(а):

Я поддерживаю Штольмана- Ирен Лепелетье должна подозреваться пока не до кажется обратное, а Антону ёще до сыщика расти и расти. И как профессионал это он должен прийти к Штольману и сказать - я погорячился. Всё-таки Штольман его начальник и работодатель, это очень сложно быть при таком раскладе ещё и другом.


Штольман, на мой взгляд, и прав, и не прав. Как профессиональный сыщик он должен подозревать всех, это так. Но как друг Коробейникова он обязан быть гибче. Ведь именно он пригласил Антона в свой дом. Пригласил в первую очередь как друга, а уж затем как помощника. И  Антон Андреевич бросил все и приехал. И оказался в незнакомом городе, еще плохо зная язык и полностью завися от Якова. Яков, кмк, должен был почувствовать, насколько серьезно его отношение к Ирен, и постараться вести себя с Антоном не как босс, а как партнер. Якову придется определиться, что для него важнее: дружба или работа.

Отредактировано Cugel (18.09.2017 20:15)

+1

18

Cugel написал(а):

Штольман, на мой взгляд, и прав, и не прав. Как профессиональный сыщик он должен подозревать всех, это так. Но как друг Коробейникова он обязан быть гибче. Ведь именно он пригласил Антона в свой дом. Пригласил в первую очередь как друга, а уж затем как помощника. И  Антон Андреевич бросил все и приехал. И оказался в незнакомом городе, еще плохо зная язык и полностью завися от Якова. Яков, кмк, должен был почувствовать, насколько серьезно его отношение к Ирен, и постараться вести себя с Антоном не как босс, а как партнер. Якову придется определиться, что для него важнее: дружба или работа.

Отредактировано Cugel (Сегодня 20:15)

А вот здесь все, на мой взгляд, не просто....
Друг Штольман мог не давать делу хода, если Ирен окажется виновной. Вспомните товарища Шумского :) Но не рассматривать версии ее виновности, отмахнуться - не мог. Ни как босс, ни как партнер.. Другое дело, нужна ли будет Ирен Коробейникову, окажись она в действительности иной, не такой, какую он нафантазировал.
Штольман и своей интуиции зачастую не доверяет, как же он может доверять интуиции Антона, тем более, что знакомство Антона с Ирен было шапочным. Собственно, у него в активе только первое о ней впечатление, а первое впечатление не всегда верное...
Проблемы у Коробейникова действительно существуют, их Вы правильно описали. Но этих проблем никто кроме самого Антона не решит. Это Антон не очень представляет свое место в доме на набережной, мечется, не уверен в своей нужности.

0

19

Елена Ан написал(а):

А вот здесь все, на мой взгляд, не просто....

Друг Штольман мог не давать делу хода, если Ирен окажется виновной. Вспомните товарища Шумского  Но не рассматривать версии ее виновности, отмахнуться - не мог. Ни как босс, ни как партнер.. Другое дело, нужна ли будет Ирен Коробейникову, окажись она в действительности иной, не такой, какую он нафантазировал.

Штольман и своей интуиции зачастую не доверяет, как же он может доверять интуиции Антона, тем более, что знакомство Антона с Ирен было шапочным. Собственно, у него в активе только первое о ней впечатление, а первое впечатление не всегда верное...

Проблемы у Коробейникова действительно существуют, их Вы правильно описали. Но этих проблем никто кроме самого Антона не решит. Это Антон не очень представляет свое место в доме на набережной, мечется, не уверен в своей нужности.

Все верно. У Коробейникова проблемы есть. И он действительно не понимает, в качестве кого он находится в доме. Но только ли он в этом виноват?  Якову как хозяину необходимо было бы с Антоном поговорить. Да и самому хорошо было бы определиться, что он ждет от этих отношений? Они уже не в участке, и это не Затонск. Поддерживать отношения босс-подчиненный, и при этом оставаться друзьями очень сложно.

Отредактировано Cugel (18.09.2017 22:20)

0

20

Согласна полностью! И дело даже не в отношениях босс-подчиненный или партнерских. Коробейникову не обрисовали условий его существования в Париже. За что, собственно, ему платят жалование? Если изначально предоставили время для "освоиться", то каков этот период... Не очертили полностью круг служебных обязанностей. И большая часть его проблем именно из-за этого. Он чувствует себя нахлебником.
Штольман-то ответы на все эти вопросы знает, но в силу своего характера не посчитал нужным их озвучить...
Спасибо, Анна Викторовна проговорила ЯП эти вопросы. Ждем, как отношения ЯП и Коробейникова будут развиваться. Только бы Антон в этом своем "свободном плавании" сильно не пострадал...

0

21

Елена Ан написал(а):

Друг Штольман мог не давать делу хода, если Ирен окажется виновной. Вспомните товарища Шумского  Но не рассматривать версии ее виновности, отмахнуться - не мог. Ни как босс, ни как партнер.. Другое дело, нужна ли будет Ирен Коробейникову, окажись она в действительности иной, не такой, какую он нафантазировал

Собственно говоря, пока Ирен даже обвинять не в чем, если подходить с точки зрения закона. Гранден, по словам её мужа, совершил самоубийство. Моральный же облик дамы, даже если она работала на конкурентов мужа, преступлением не является.
Интересно, зачем этот антиквар вообще пришел в агентство Штольмана и заговорил про рукопись? Решил, что тот факт, что сотрудник агентства обнаружил исчезновение его жены - "это ж-ж-ж неспроста"? Попытка сыграть на опережение?

0

22

SOlga написал(а):

Собственно говоря, пока Ирен даже обвинять не в чем, если подходить с точки зрения закона. Гранден, по словам её мужа, совершил самоубийство. Моральный же облик дамы, даже если она работала на конкурентов мужа, преступлением не является.

Интересно, зачем этот антиквар вообще пришел в агентство Штольмана и заговорил про рукопись? Решил, что тот факт, что сотрудник агентства обнаружил исчезновение его жены - "это ж-ж-ж неспроста"? Попытка сыграть на опережение?


Обвинять Ирен в нарушении законности пока нельзя, но и моральный облик этой дамы для одного из наших героев играет не последнюю роль :)

Мне тоже показалось, что антиквар сыграл на опережение. Варианты происшедшего сыплются из него, как из рога изобилия... Не просто ж так у него эти варианты подготовлены...

0

23

Елена Ан написал(а):

Обвинять Ирен в нарушении законности пока нельзя, но и моральный облик этой дамы для одного из наших героев играет не последнюю роль

Это да. Я говорила только в том плане, что перед законом она ни в чём не провинилась, даже в краже рукописи обманутый муж её не обвиняет, стало быть, нет никакого дела, которому можно было бы давать или не давать ход

Елена Ан написал(а):

Мне тоже показалось, что антиквар сыграл на опережение. Варианты происшедшего сыплются из него, как из рога изобилия... Не просто ж так у него эти варианты подготовлены...

А я больше склоняюсь к мысли, что ему пришлось импровизировать на ходу. Даже в самый первый раз, когда он пришёл в агентство. Мне кажется, у него была заготовлена какая-то другая история, но пришлось без большого на то желания переобуваться на ходу и выкладывать подробности про рукопись. Может, он что-то передумал в тот момент, когда Штольман с ходу догадался, что покойник с насыпи - его помощник. Зуб даю, этот факт Лепелетье собирался скрыть.

0

24

SOlga написал(а):

А я больше склоняюсь к мысли, что ему пришлось импровизировать на ходу. Даже в самый первый раз, когда он пришёл в агентство. Мне кажется, у него была заготовлена какая-то другая история, но пришлось без большого на то желания переобуваться на ходу и выкладывать подробности про рукопись. Может, он что-то передумал в тот момент, когда Штольман с ходу догадался, что покойник с насыпи - его помощник. Зуб даю, этот факт Лепелетье собирался скрыть.

Информация о попутчике Ирен по имени Антуан Корбье из агенства Штольман просочилась в газеты и Лепелетье мог там появиться просто для того, чтобы выяснить, какими сведениями располагают в агенстве. Вот зачем он про письмо де Моле сказал... непонятно:) Неужели случайно проболтался?

0

25

Елена Ан написал(а):

Вот зачем он про письмо де Моле сказал... непонятно:) Неужели случайно проболтался?

Непохоже. Из него же чуть не клещами вытягивали информацию.
Я тоже думаю, что он пришел в агентство больше с целью проверки, и сначала у него была заготовлена какая-то другая история. Может, собирался как-то втёмную их использовать. Но уже на месте решил, что выгоднее сказать хотя бы часть правды. А про Жака Моле - ну, он же не мог знать, что Анна способна пообщаться и с таким свидетелем 8-)

0

26

SOlga написал(а):

Непохоже. Из него же чуть не клещами вытягивали информацию.

Я тоже думаю, что он пришел в агентство больше с целью проверки, и сначала у него была заготовлена какая-то другая история. Может, собирался как-то втёмную их использовать. Но уже на месте решил, что выгоднее сказать хотя бы часть правды. А про Жака Моле - ну, он же не мог знать, что Анна способна пообщаться и с таким свидетелем

Надеялся, что помогут найти документ, не докапываясь до остального? Возможно...
Ну, будем честны, наш свидетель-магистр и показаний особых еще не дает. Лепелетье проще развязать язык, чем Жаку Моле :) Но посмотрим...
Жутко интересно :)

Отредактировано Елена Ан (19.09.2017 00:12)

0

27

Мои дорогие читатели! Я, собственно, выложила уже все ключи, которые нужны для разгадки тайны и ответа на вопрос "кто есть ху". И Штольман уже разгадку знает, не знает только подробностей. Его вариант вы скоро узнаете (как только у меня появится время). А пока можете вволю упражняться, отыскивая ключи и разгадывая детективную составляющую.

+1

28

Елена Ан написал(а):

Ну, будем честны, наш свидетель-магистр и показаний особых еще не дает. Лепелетье проще развязать язык, чем Жаку Моле  Но посмотрим...

Дык! 500-летний дух с фанабериями 8-) . Великий Магистр тамплиеров, не приказчик Подушкин какой-нибудь. Тут удивляться надо, что вообще снизошёл. Но его появление, мне думается, подтверждает, что рукопись - не выдумка, не подделка и кто-то что-то важное нашёл. Правда, необязательно это будут сокровища

Atenae написал(а):

И Штольман уже разгадку знает, не знает только подробностей.

То Штольман, а то мы 8-) . Хотя не так уж много кандидатов осталось. Если сейчас Аня вызовет дух Вилара - значит за главного злодея тут мсье Лепелетье. Возможно в сговоре с супругой, но эту версию я пока не буду озвучивать из солидарности с Коробейниковым.
Но мне кажется - не сможет Анна вызвать этот дух 8-) ... Потому как, что бы такого не узнал Гранден две недели назад - он не стал заявлять в полицию, пошёл на исповедь. Значит, что-то мерзкое, но неподсудное. Не убийство.

0

29

Atenae написал(а):

А пока можете вволю упражняться, отыскивая ключи и разгадывая детективную составляющую.

Предположу, что Великий магистр состоит переводчиком при Грандене, раз они попарно к Ане приходят. Гранден говорить не хочет, вот Жак де Моле и дает понять, что видимо нужно искать письмо, которое тот написал.
Получается мертв-ли Вилар или сидит в каком-нибудь подвале — для сюжета уже не важно. Хотя, судя по наглому поведению белоглазого помощника, скорее мертв.

SOlga написал(а):

... Потому как, что бы такого не узнал Гранден две недели назад - он не стал заявлять в полицию, пошёл на исповедь. Значит, что-то мерзкое, но неподсудное. Не убийство.

Если Гранден действительно был влюблен в мадам Лепелетье, то он мог поэтому и не дать делу "официальный ход", именно из-за желания ее защитить. А преступница она или жертва, посмотрим.

0

30

PolinA написал(а):

Если Гранден действительно был влюблен в мадам Лепелетье, то он мог поэтому и не дать делу "официальный ход", именно из-за желания ее защитить. А преступница она или жертва, посмотрим.

Да, возможно, вы правы. А может, он защищает самого Лепелетье, мы же не знаем, какие у них были отношения. Может, Гранден ему был чем-то сильно обязан при жизни? Или из любви к Ирен не пожелал доносить на её мужа? Хотя о том, что Гранден был влюблён в Ирен мы узнали от того же Лепелетье, но он уже продемонстрировал, что верить ему можно не во всём.
Есть у меня одна мыслишка, но боюсь наспойлерить 8-)

0

31

А если взглянуть с такой стороны: святой отец беспокоился за Анну, да и у Штольмана чутье сработало, раз не стал брать жену на встречу... может, это важно. Может, рукопись все-таки не главное, или это вообще только отвлекающий маневр для русских сыщиков, а основная проблема совсем в другом. И Ирен могла стать свидетельницей чего-либо, или по какой-то еще причине спасалась от мужа, а Гранден погиб, защищая её.
Наверное, для разгадки действительно важно понять в первую очередь цель визита Лепелетье в детективное агенство. Может, это как раз из-за Антона и того, что он ехал в том же пресловутом поезде? Может, коллекционер и его считает свидетелем чего-либо или даже причастным?
И еще после этой главы у меня появилось очень невеселая версия развития событий. Уберу под спойлер.

Свернутый текст

как бы вообще не дошло до того, что бедняге Антону в какой-то момент придется делать выбор между жизнью Ирен и Анны Викторовны. Или что-то тому подобное.

Отредактировано Musician (19.09.2017 14:57)

0

32

Musician написал(а):

А если взглянуть с такой стороны: святой отец беспокоился за Анну, да и у Штольмана чутье сработало, раз не стал брать жену на встречу... может, это важно. Может, рукопись все-таки не главное, или это вообще только отвлекающий маневр для русских сыщиков, а основная проблема совсем в другом.

Думаю, рукопись всё-таки важна. Или не рукопись, что-то другое, связанное с тамплиерами. Иначе бы зачем Великому магистру являться Анне?

Musician написал(а):

И Ирен могла стать свидетельницей чего-либо, или по какой-то еще причине спасалась от мужа, а Гранден погиб, защищая её.

У меня похожая версия. Морис Лепелетье говорит про письмо, которое он якобы получил от Грандена, а Ирен его прочитала. Мне тут мысль пришла - не могло ли быть наоборот? Часто врут именно таким образом, перекладывая свои действия на другого. Гранден написал своё письмо (то, от которого его отговаривал священик), но адресовано оно было не Лепелетье, а Ирен. И это муж, прочитав его, кинулся в погоню. Не замешан ли сам Лепелетье в тёмных делах Вилара?

Musician написал(а):

Скрытый текст:

Вы предполагаете, ему придётся выбирать, кого из них спасать? Или, не приведи Господи, защищать одного от другого? Ох, надеюсь, наш уважаемый автор всё же вырулит без таких потрясений для АА.

0

33

Musician написал(а):

А если взглянуть с такой стороны: святой отец беспокоился за Анну, да и у Штольмана чутье сработало, раз не стал брать жену на встречу... может, это важно. Может, рукопись все-таки не главное, или это вообще только отвлекающий маневр для русских сыщиков, а основная проблема совсем в другом.

Возможно, что это отвлекающий маневр не только для русских сыщиков. Такая своеобразная операция "Ы", чтобы никто не догадался об истинной причине происходящего. Например, приманка для того же Вилара. А разговор с отцом Бланом действительно оставил очень тревожное ощущение. И сон, который приснился Коробейникову еще в Затонске не добавляет оптимизма.

0

34

SOlga написал(а):

Думаю, рукопись всё-таки важна. Или не рукопись, что-то другое, связанное с тамплиерами. Иначе бы зачем Великому магистру являться Анне?

Если это действительно был он - Анна, помнится, не очень уверена была.
Сама тайна, возможно, как-то и связана с тамплиерами. Я же имела в виду только историю с поисками рукописи.

SOlga написал(а):

Вы предполагаете, ему придётся выбирать, кого из них спасать? Или, не приведи Господи, защищать одного от другого?

Именно делать выбор. Ну, или по крайней мере он будет так думать.

0

35

PolinA написал(а):

А разговор с отцом Бланом действительно оставил очень тревожное ощущение.

Не дает мне покоя этот Гранден на исповеди Но раз Atenae сказала, что "уже можно" разгадывать детективу.. 8-)  Итак, две недели назад случаются два события - исчезает Вилар и Гранден узнаёт что-то плохое, в чём исповедуется отцу Брану и хочет сбежать в провинцию. Первая мысль - Вилар был убит и в этом замешан патрон Грандена Лепелетье или его жена. Но в это мне мешает поверить поведение помощников Вилара на Монмартре. Если бы их босс был убит или пропал, кмк, они бы держались по другому... Мысль шальная пришла, суну под спойлер -

Свернутый текст

а что если Вилар и Лепелетье это одно и тоже лицо? И две недели назад Гранден узнал о том, что он втёмную работал не на почтенного антиквара из Нанси, а на очень даже криминальную личность?

PolinA написал(а):

И сон, который приснился Коробейникову еще в Затонске не добавляет оптимизма.

Ну, без приключений на все имеющиеся головы у Atenae не обходится 8-)

+1

36

SOlga написал(а):

Мысль шальная пришла

Не такая уж и шальная. Мне она тоже приходила. ))
Но это все равно пока разрозненные части, и без основного мотива картина пока не складывается.

0

37

Musician написал(а):

Наверное, для разгадки действительно важно понять в первую очередь цель визита Лепелетье в детективное агенство. Может, это как раз из-за Антона и того, что он ехал в том же пресловутом поезде? Может, коллекционер и его считает свидетелем чего-либо или даже причастным?

Кстати, хорошая мысль. Если Лепелетье ехал в том же поезде, то ему могли донести, что Антон разговаривал с его женой, он же подошёл к ней в вагоне-ресторане. Ехал с ней в одном вагоне. И, по версии Этьена Марселя "обнаружил" её исчезновение, хотя на самом-то деле его обнаружил проводник 8-).
Очень логично на месте Лепелетье пойти выяснять, что это за шустрое детективное агентство путается под ногами 8-).

0

38

SOlga написал(а):

Кстати, хорошая мысль. Если Лепелетье ехал в том же поезде, то ему могли донести, что Антон разговаривал с его женой, он же подошёл к ней в вагоне-ресторане. Ехал с ней в одном вагоне. И, по версии Этьена Марселя "обнаружил" её исчезновение, хотя на самом-то деле его обнаружил проводник .

Очень логично на месте Лепелетье пойти выяснять, что это за шустрое детективное агентство путается под ногами .

А если еще принять во внимание "шальную мысль", то совсем логично... Выяснив, заодно и оповестить о существовании конкурента :)

0

39

Елена Ан написал(а):

Выяснив, заодно и оповестить о существовании конкурента

Послать искать "того, неведомо кого" ? И пусть ловят конский топот до морковкиного заговенья 8-).
Но я тут сообразила - ведь по словам Atenae, Штольман уже обо всём догадался. А он просит Анну вызвать дух Поля Вилара, вроде как не сомневаясь в его существовании. Так что "шальная мысль", похоже, таковой и останется.

0

40

SOlga написал(а):

Послать искать "того, неведомо кого" ? И пусть ловят конский топот до морковкиного заговенья .

Но я тут сообразила - ведь по словам Atenae, Штольман уже обо всём догадался. А он просит Анну вызвать дух Поля Вилара, вроде как не сомневаясь в его существовании. Так что "шальная мысль", похоже, таковой и останется.


Эх, а так все красиво получалось... :) И, главное, логично... :)

0

41

Елена Ан написал(а):

Эх, а так все красиво получалось...  И, главное, логично...

Посмотрим 8-) . Штольману в голову не залезешь: бог его знает, какого он результата он на самом деле ждет, прося жену вызвать дух Вилара...

0


Вы здесь » Перекресток миров » Провинциальный детектив » Глава 09. Трещина